Леди Удача

Чарити с интересом посмотрела на кота, но тут же отвлеклась, так как надо было срочно вспоминать, как подобает воспитанной молодой леди вести себя в такой ситуации. Тут Рейн ринулся к дверям, схватил ее бабушку и тоже потащил к гостям. Дамы разинули рты, когда им представили леди Маргарет Вильерс, бабушку новой виконтессы, — старуху в ярко-голубом тюрбане над загорелой морщинистой физиономией, с серьгами-обручами в ушах, в нелепом капоте из набивной ткани в цветочек.

Губы леди Маргарет сжались в ниточку, спина выпрямилась в струну. Седовласые дамы во все глаза смотрели на ее пестрое одеяние и на связку отвратительных предметов, висевших у нее на шее. Бабушка виконтессы выглядела настоящей цыганкой. Уязвленная этими взглядами, старуха надулась, сердито пожевала губами и явно готова была полезть в драку, но вдруг прищурилась и пристальнее вгляделась в одну из дам. Затем склонилась и, приблизив свою морщинистую физиономию едва ли не к самому лицу графини Рейвенсвуд, сказала:

— Элли Фаркуар? Это ты, что ли? — Отстранилась, окинула цепким взглядом с ног до головы пожилую графиню, недобро сверкнула глазами и с победоносным видом объявила: — Точно, это ты! Ад и преисподняя! Ведь я едва тебя узнала. Однако ты все же вошла в тело, — добавила она, ткнув пальцем в тучную графиню. — И даже переборщила с этим слегка. А вот зубы у тебя как были кривыми, так и остались…

— Мадам! — поспешила вмешаться леди Кэтрин, сбрасывая бедного Цезаря с колен и вскакивая на ноги. — Вы ошибаетесь…

— Ничуть! — воскликнула леди Маргарет, злобно кося глазом на ухоженную физиономию графини, которая наливалась оранжевым цветом. — Разве такие зубы с чем спутаешь! Она меня, кстати, укусила один раз, за то, что я ее обзывала… вечно она не успевала добежать до…

Чарити не сводила со своей бабушки широко раскрытых от ужаса глаз. Надвигалась настоящая катастрофа. Страшное сцепление обстоятельств, грозный ком несчастных совпадений неумолимо рос и вот-вот должен был обрушиться на них. И она могла только беспомощно наблюдать за тем, как этот ужас набирает силу, понимая, что всему виной она…

— Нет, право! Это уж слишком! — Леди Кэтрин схватилась за сердце, пошатнулась и наступила на хвост ни в чем не повинному Цезарю."

"Бедный кот взвыл, промчался по коленям дам, взлетел на чайный столик, махнул снова на пол, спрятался под стол и, издавая гневное шипение, принялся нервно точить когти о ножку стола.

— Ах ты, мой бедняжечка! — заворковала леди Кэтрин и, пронзив Рейна испепеляющим взглядом, как будто это он был виноват, полезла под стол за своим обиженным питомцем. И в этот самый момент первое, еще далекое, «гав» разнеслось слабым эхом по парадной приемной.