Училка и мажор

____________

*Речь идёт о героях романа “Училка и миллионер”

**Карина и её рыжий здоровяк ждут вас со своей историей в книге “Училка и медведь”

19

— Осторожно, — держу Карину под локоть. — Нормально?

— Нормально, — улыбается она, а потом по её лицу бежит тень. — Только вот Богдан так и не ответил. Наверное, в тире. Или на стрельбах в парнями."

"Мы выходим на улицу, и прямо у подъезда стоит длинноносый спортивный автомобиль. А рядом, упёршись бёдрами в крыло у капота и листая что-то в смартфоне, стоит Семён.

А где же его полосатый бамблби?

— Спасибо, что приехал, — говорю максимально ровно и сдержано.

А внутри вся напрягаюсь в ожидании какого-нибудь саркастично-пошлого приветствия, но Радич меня удивляет. Он кивает, представляется Карине и забирает из моих рук сумку. Открывает заднюю дверь, а пока Карина загружается в салон, сам забрасывает сумку с другой стороны. А мне кивает на переднюю пассажирскую. Я решаю не спорить с ним, как раз оставлю Карине побольше места сзади для удобства.

Сажусь рядом с ним, пристёгиваюсь. Стараюсь быть спокойной, но внутри всё клокочет. Переживаю за Карину. И… и не только, конечно же. Глупо было бы отрицать, что мне волнительно сидеть рядом с Семёном. Это так. И никуда от этой правды не деться.

Он заводит мотор, машина откликается низким рокотом, а потом мягко стартует. Выезжает из дворов и разгоняется на трассе.

Я слышу, как сзади задушено выдыхает Карина. Наверное, опять приступ боли. Понимаю, что она рожает, и это, вроде бы, нормально, но у меня всё равно в груди горячей волной каждый раз обдаёт. Ещё и Радич гонит, петляя между машинами. У него это получается очень здорово, наверное, даже красиво. Если наблюдать со стороны. А когда рядом сидишь, то хочется в кресло вцепиться ногтями. Что я, похоже, неосознанно и делаю.

— Эй, парень, — подаёт севший голос с заднего сиденья Карина, — ты очень крутой, я вижу, но давай чуть плавнее, пожалуйста. Ты меня так раньше времени раструсишь, а у меня тут двойня. Не довезёшь — и всё: Василина в обморок грохнется, а тебе тачку отмывать. Уф…

Карина опять тихонько стонет, а Семён сбавляет скорость. Надо же. Проняло его или испугался, что тачку отмывать придётся?

Через десять минут порше останавливается как вкопанный у шлагбаума на пропускнике в роддом за какой-то скорой. Мы проезжаем, упав ей на хвост и притормаживаем у одного из подъездов-пропускников.

Я помогаю Карине выйти, принимаю из рук Семёна сумку.

— Спасибо, шумахер, — машет ему Карина, когда мы медленно идём к ступеням. — После такой поездки мне и рожать не страшно.

— Пожалуйста, — скалится Радич. — Смотри не лопни по пути к ступеням.

— Боже… — шепчу поражённо, испытывая за него стыд перед Кариной.

— Да нормально всё, Вась, — тихо смеётся она. Моя Каринка. Даже в такой ситуации на позитиве.