Училка и мажор

— Эта женщина будто специально ходит во все те места, что и я, представляешь? — возмущается Карина. — Клиника, моя группа по йоге для беременных — везде она! Я понимаю, что Богдан не виноват в сложившейся ситуации, но мне так тяжело, Вась.

— И ты правда думаешь, что это случайно? — смотрю на подругу. — Тем более зная Ремнёву.

Оказывается, эта самая бывшая Богдана работает в том же университете, что и я. Сама я с ней особенно не сталкивалась, но наслышана.

— Я слышала, что у неё со студентами шашни даже, — качает головой Карина, а у меня внутри неприятно колет.

— Ну тут не мне судить.

Я подруге всё рассказала. Мы всегда абсолютно доверяли друг другу, Карина не из тех, кто осудит или будет болтать языком. И мне очень нужно было облегчить душу после произошедшего в клубе."

"— Ой, прости! — взволнованно говорит Карина. — Василин, я не хотела задеть тебя. У тебя другая ситуация, ты не замужем, и тебе двадцать шесть. А ему сколько? Двадцать два? Тебе нечего стыдиться!

Я вижу, что она искренне переживает, что обидела меня. Но на что тут обижаться? Всё так и есть. Мой косяк. И конкретный.

— Да не парься, Кариш, — пытаюсь успокоить её. — Тут как ни поверни — я вляпалась.

А потом я замечаю, как под тканью её розового халатика проступает выпуклость, тут же исчезает, и вдруг весь живот вздрагивает.

— Ой, смотри, у тебя живот шевелится! — совсем некультурно показываю пальцем.

У меня это почему-то вызывает такой восторг! Это же настоящее чудо, когда один человек даёт жизнь ещё одному. А в Каринкином случае даже двум!

Карина предлагает потрогать её живот, а на меня нисходит какое-то необыкновенное благоговение. Это так… так… Даже слов подобрать не получается.

Я прикладываю ладонь к её животу и чувствую, как изнутри меня по руке что-то пинает! Невероятно! Фантастика просто! Действительно чудо.

Мы смеёмся, обсуждая, кто и с какой стороны там внутри живота Карины расположился. Подруга предлагает выпить ещё чаю. Я съела уже два блинчика, которые она приготовила. Это мой недельный максимум углеводов, блин. Но отказаться от того, что готовит Карина, просто невозможно.

Я усаживаюсь снова на табурет, а подруга отворачивается к столу с чайником, и тут я вдруг замечаю, что на полу у её ног большая лужа. И я не заметила, чтобы она пролила воду.

Сама не знаю почему, но внутри вся сжимаюсь. Это же… это же воды у неё отошли! Рожает! По-настоящему!

Подруга тоже замечает лужу, хмурится, глядя на чайник, но потом и до неё доходит.

— Оу… — говорит она.

Оу? Блин, оу?! Она спокойна, как танк, а вот я совершенно нет!

Подскакиваю со стула, готовая бежать куда-то и делать хоть что-то, только понятия не имею, куда и что.

— И что теперь делать? — мой мозг будто парализует.

— Ну, рожать, видимо, — она пожимает плечами.