Училка и миллионер

Это буквально пара секунд, но вызывает внутри острую волну тепла, какую-то щемящую взволнованность.

Мы доходим до постели, и Костя буквально валится на кровать, выдыхая с облегчением, когда голова касается подушки, и прикрывая глаза. В порыве заботы я решаю накрыть его одеялом, но едва хочу убрать руку, Костя перехватывает мои пальцы.

— Останешься? — говорит сонно, не открывая глаз.

— Костя… — хочу высвободить руку.

— Просто ложись рядом, Катерина. Не бойся. Ты же сама видишь, я еле живой. Твоей непорочности ничего не угрожает.

Вот даже сейчас умудряется язвить. Действительно крепкий орешек.

— Хорошо, — соглашаюсь, удивляясь сама своему решению.

Обхожу кровать и укладываюсь рядом с ним, положив голову на соседнюю подушку. Между нами полметра, не меньше. Вздрагиваю, когда Макарский снова берёт меня за руку, а потом кладёт себе на глаза.

Ему действительно плохо, и вот такой просто жест, своеобразная просьба о помощи и признание слабости будоражит во мне нежность. Да, это именно она разливается за грудиной тёплом и мягким трепетом.

Кажется, Карина права. Я влипла в него уже слишком глубоко. Встряла по полной программе.

— Кать, укройся, ладно? — говорит сонно. — У меня сотряс мозга, но то, что ниже — работает, и твои голые ножки не способствуют отдыху.

Вот поганец. Хочется выдернуть руку и уйти, чтобы это его, куда не добрался сотряс, успокоилось. Но он сжимает мои пальцы и буквально через несколько секунд отключается. А я продолжаю какое-то время наблюдать, как мерно вздымается и опускается его грудь, как расслабляется лицо, когда уходит напряжение от боли.

Наблюдаю и понимаю, что вот это щемящее чувство в сердце мне приятно. Знаю, что опасно. Знаю, что может принести такую боль, от которой придётся оправляться годами, но… Сейчас я и сама позволяю ему там селиться и расправлять крылья.

И тоже прикрываю глаза и засыпаю.

23

Просыпаясь, я не сразу осознаю, где нахожусь. Первые пару секунд приходится проморгаться и вспомнить. Поворачиваю голову и вижу, что Макарский ещё спит. Поэтому тихонько, стараясь его не потревожить, отползаю в сторону и собираюсь уже вставать, когда он разлепляет глаза.

— Ты куда? — спрашивает, чуть откашлявшись.

— Пора вставать. Но ты лежи, тебе нужно поправляться."

"— Катя, я в норме, — переворачивается на бок и накрывает своей ладонью мою кисть, чуть сжимая. — Это мелочи. Уже почти отпустило.

— Сотрясение — мелочи? — поднимаю брови, всё же отставляя пока попытки подняться с постели.

— Оно не сильное. Вчера просто ночью тряхнуло, а так нормально всё, — подмигивает. — Полежи ещё рядом. Мне нравится просыпаться с тобой в одной постели.

Я слишком смущена, запуталась в чувствах и ощущениях. А ещё хочу в туалет, так что нет. Но Косте я причину не озвучиваю, конечно.