Училка и мажор

Опускаю лицо и нежно касаюсь губами горячего личика, слизывая соленые слезы, но для меня они как самый сладкий мед. Забрать ее боль сейчас себе, чтобы она больше не плакала.

Касаюсь пальцами руки, невесомо, легко, боюсь сломать своими ручищами. Маленькое тельце напрягается, вместе с тем напрягаюсь и я в том месте, где сейчас никак нельзя напрягаться. Потому что вся кровь утекает вниз, а мозги должны хоть как-то варить.

Кто мог обидеть? Мне не хочется думать о чем-то конкретном, но разум сам подкидывает варианты один краше другого. И черт возьми, у меня глаза выедает кислотой, стоит только представить.

—Я ведь узнаю, говори, кто он, — хриплю, сжимая вторую руку в кулак. Сам же сильнее прижимаюсь лицом к мягкой щечке.

Молчание. О которой можно порезаться.

—Кто он? — переспрашивает, едва поглядывая на меня.

—Да, кто он. Бывший, да? Просто имя. И это больше не проблема.

Сам эти слова выплевываю, запрещая себе думать, что у нее мог быть кто-то. Боже, конечно, мог, она же Богиня. Буквально, надо быть слепым, чтобы не заметить красоты, не понять, какая она замечательная, но теперь она только моя и больше ничья. И любой, кто просто посмотрит на нее не так, будет жалеть о том, что родился и собирать зубы по полу.

—С чего ты решил, что меня кто-то ударил? — старается оттолкнуть от себя меня, но нет. Не получится, девочка. Кладу руку на высоко вздымающуюся грудную клетку. Сердце стучит так быстро, и еще быстрее оно стучит, стоит мне только чуть-чуть сместить вторую руку вниз, скользнуть по животу, бедрам. Волосы безумными кудрями распластались по постели, переливаясь в ярких солнечных лучах. Сегодня тепло, и в этих ярких лучах она смотрится совсем как фарфоровая кукла.

—Потому что я не вижу обратного в твоих глазах, Рапунцель, — носом упираюсь в мочку уха и жадно вдыхаю. Она пахнет так, что я снова и снова хочу вдыхать, ощущая на языке сладкий привкус того, что учуял нос. Прекрасно. Незабываемо.

—Мой бывший тут не при чем, — через силу выталкивает из себя, морщась.

На одну проблему меньше.

—Кто тогда?

Пальцы скользят по трусикам, слегка надавливая. Горячо и влажно. Так приятно, что я радуюсь этому факту словно обезумевший. С ней я давно таким стал. Хотя бы потому что спер ключи с тумбочки, когда уходил, потому что посчитал это правильным. Ну не маньяк? Маньяк, и я ничуть не жалею об этом. Зато спокойно зашел в темную квартиру, разделся и улегся рядом со своей девочкой, которая лишь сильнее прижалась ко мне, плотнее обвивая руками и ногами."

"Впервые так спокойно спал. Просто спал. С кем-то спал, что вообще для меня новый опыт. А так спать без сновидений, а самое главное, без удушающих кошмаров, — прекрасно.

—Никто, — бегающих взгляд, сомкнутые губы. Мои пальцы продолжают.