Лекарь. Ученик Авиценны

Роб потратил полдня, разбивая и копая сухую землю, но они оба не желали, чтобы Инцитат пошел на корм псам и воронью. Пока Роб копал большую яму, Цирюльник отправился искать другую лошадь. На это ушел целый день, и стоила лошадь недешево, но без нее им было никак нельзя. Цирюльник купил бурую кобылу с лысой мордой, совсем еще молодую, трехлетку.

– Что, назовем ее тоже Инцитатом? – спросил хозяин, но Роб покачал головой, и с тех пор они называли ее не иначе, как просто Лошадь. Она оказалась легконогой, но на следующее же утро после покупки у нее слетела подкова – пришлось возвращаться в Блайт за новой.

Кузнец по имени Дэрмен Маултон заканчивал ковать меч, при виде которого у них обоих загорелись глаза.

– Сколько? – спросил Роб, слишком горячо, по мнению Цирюльника, который считал нужным поторговаться как следует.

– Этот уже продан, – сказал мастер, но разрешил им подержать меч, прикинуть на руке. Это был английский широкий меч, без всяких украшений, острый, верный, отлично выкованный. Будь Цирюльник помоложе и не столь умудрен опытом, он бы соблазнился и попробовал перекупить меч.

– Сколько за точно такой же, и к нему в пару кинжал? – Названная сумма превосходила годовой заработок Роба.

– Половину надо уплатить сразу, если решите сделать мне заказ, – добавил Маултон.

Роб сбегал к повозке и вернулся с кошелем, из которого быстро отсыпал требуемые деньги.

– Мы вернемся сюда через год, потребуем заказ и доплатим остаток, – сказал он, а кузнец кивнул головой и заверил, что оружие будет ожидать заказчика.

Несмотря на потерю Инцитата, сезон у них прошел исключительно успешно. Перед самым его окончанием Роб запросил у хозяина одну шестую долю доходов.

– Одна шестая моих доходов! Сосунку, которому и восемнадцати еще не исполнилось! – Цирюльник был искренне возмущен, Роб же принял его возмущение спокойно и прекратил разговор.

По мере того как приближался день возобновления годичного договора, волновался и переживал как раз Цирюльник, который отлично понимал, насколько существенно увеличились его доходы благодаря подмастерью.

В деревушке Семпрингем он слышал, как одна больная прошептала своей подруге:

– Стань в ту очередь, к молодому цирюльнику, Эадбурга, – говорят, что за занавесом он прикоснется к тебе. И еще говорят, что прикосновение его рук исцеляет.

«Говорят, что он и Снадобья продает чертову уйму», – вспомнил Цирюльник с кривой усмешкой.

Он не тревожился из-за того, что к загородке Роба Джереми, как правило, выстраивается более длинная очередь. Право, для своего нанимателя Роб был сущим кладом.

– Одну восьмую, – предложил он наконец. Такое решение нелегко ему далось, но он и на одну шестую готов был согласиться. К его облегчению, Роб согласно кивнул.