Ученица чародея

Вспомнилось привычное тепло и ощущение силы, идущее от рубина. Оно дарит мне уверенность, спокойствие и даже некоторое превосходство. Затем я вспомнила ни с чем несравнимое чувство безграничности, которое мне довелось испытать в Бург-ан-Брессе. О, сладкая эйфория, когда казалось, что я способна взлететь над городом и повелевать каждым. Легко ли отказаться от этого? Хочу ли? Пожалуй, нет.

Но едва сомнения коснулись моего разума, тут же память вспорол дикий крик покрытого ожогами Этьена, перед глазами встал подвал инквизиторов, измученный Голем-Огюстен в цепях во дворе короля Савойи и собственная жуткая агония после исцеления его любовницы. И это тоже все случилось из-за дара. Я припомнила нескончаемые чужие боли, людей в Сан-Приесте, дергающих меня за платье, за руки, лишь бы почувствовать себя лучше. Я вздрогнула. Нет, такого я точно не хочу.

Сердце ухало, мои ладони увлажнились. И тогда я подумала обо всех родственниках, пришедших ко мне в видении, о малышах Моник и о самой тетушке с хитрой, но доброй смешинкой в глазах. Разве стоит моя эйфория их спокойной жизни?

Я обернулась на Этьена. Он почувствовал мой взгляд, и тоже обернулся. Подмигнул, подбадривая. Должно быть, не слышал ни слова из нашей беседы. Я улыбнулась ему в ответ. Разве стоит счастье любимого того пьянящего чувства власти?

– Я говорю о силе, Божественной силе, выделяющей вас из многих, дающей многие возможности, – проговорил алхимик. – Вы готовы отказаться от нее?

Я вздохнула, собираясь с духом. И тут на ум пришел чернокнижник, его цепкий взгляд, вкрадчивый голос и то, как он сцеживал мою кровь. Бессердечие к сыну. Эксперименты на нем, на крошке Клодин. Я никогда не прощу ему этого. Так стоит ли жалеть о чем-то, если можно отнять силу у подобного чудовища? Лишить возможности колдовать снова?

Я решительно вскинула подбородок:

– Я готова. Я хочу жить обычной жизнью. Стать обычным человеком.

– Что ж, трижды спрошено, трижды сказано. Будь по-вашему, – кивнул граф.

Сомкнув над рубином пальцы, он медленно выдохнул в кулак – заструился фиолетовый дымок. Мое тело охватила дрожь, в сердце кольнуло, и что-то невидимое, но столь осязаемое начало истекать из меня. Позади вскрикнул Этьен. Кажется, упал на траву…

А я не могла пошевелиться. Глядела заворожено, как алый, струящийся сквозь пальцы алхимика свет разгорается все ярче. Наконец, вспыхнул, на мгновение озарив все вокруг, и погас. Краем глаза я увидела еще одну вспышку, похожую на серебряное облако. И затем стало совсем темно.

Этьен чертыхнулся за спиной и, судя по звуку, встал, отряхивая штаны. А мне, наоборот, захотелось лечь на землю, сомкнуть веки и забыться, словно я не спала целую сотню лет. На меня навалилась слабость. Болезненная, туманная грусть заволокла пространство.