Убивая Еву

Она хмурится, не в силах выбрать между двумя патронами. Русская экспансивная пуля при входе расширяется, ее оболочка по мере прохождения раскрывается, как лепестки цветка, и разрывает плоть и кости. Американская пуля со смещенным центром тяжести форму не меняет, а, проходя сквозь тело, кувыркается через головную часть, по пути прорубая смертельное отверстие. У каждой из моделей есть свои важные преимущества.

– Можно вас попросить выключить устройство, мадемуазель?

Это стюардесса в элегантном строгом темно-синем костюме.

– Конечно. – Вилланель с невозмутимой улыбкой гасит экран и снимает наушники.

– Интересный фильм? – спрашивает сосед, не упуская шанс.

Она заметила его еще в зале аэропорта. Под сорок и невообразимо хорош собой – как матадор в дизайнерской одежде.

– На самом деле я просто хотела кое-что купить.

– Для себя?

– Нет, для другого человека.

– Кто-то для вас особенный?

– Да. Хочу сделать сюрприз.

– Счастливчик. – Он направляет на нее взгляд темно-карих глаз. – Ведь вы – Люси Дрейк?

– Прошу прощения?

– Люси Дрейк. Модель.

– Извините, нет.

– Но… – Он тянет руку к журналу и листает, пока не находит рекламу духов. – Это не вы?

Вилланель смотрит в журнал. Да, модель в самом деле жутко на нее похожа. Но у Люси Дрейк зеленые глаза и колючий взгляд. Духи называются Printemps. По-французски – «весна». Вилланель снимает очки. Ее глаза – морозно-серые, цвета русской зимы.

– Простите, – говорит он. – Я обознался.

– Это комплимент. Она хорошенькая.

– Да, симпатичная. – Он протягивает руку. – Луис Мартин.

– Манон Лефевр. – Она опускает взгляд на журнал, который лежит теперь на подлокотнике между ними. – Если позволите спросить, откуда вам известно ее имя?

– Я занимаюсь этим бизнесом. У нас с женой свое агентство, называется «Темпест». С филиалами в Париже, Лондоне, Милане и Москве.

– И эта Люси Дрейк работает с вами?

– Нет, думаю, она в «Премьере». Она сейчас вообще не очень много работает.

– Да?

– Кажется, она хочет стать актрисой. И думает, что чем больше она мелькает в журналах или рекламе, тем меньше шансов, что ее будут воспринимать всерьез.

– А она талантлива?

– Она талантлива как модель, а это встречается гораздо реже, чем можно подумать. А как актриса… – Он пожимает плечами. – Но люди так часто недооценивают свои истинные таланты, не находите? Мечтают быть тем, кем им стать не дано.

– Вы испанец? – спрашивает Вилланель, уводя разговор от личных вопросов, которые – чувствует она – сейчас начнутся.

– Да, но в Испании бываю мало. Мы живем в основном в Лондоне и Париже. Вы знаете Лондон?

Она задумывается.