Убить волка (СИ)

Чан Гэн и не заметил, как Шилю протянул руку и осторожно положил ему в рот один боб. У этого ифу, что глаза на затылке?! Чан Гэн был застигнут врасплох. Он случайно облизал палец Шилю, и только он хотел его как следует укусить, ифу уже убрал руку, из-за чего Чан Гэн прикусил собственный язык. Вскрикнув от боли, он сердито посмотрел на бедолагу Шилю.

Шэнь Шилю не оглядывался. Он взял один боб и поднял его к солнечному свету.

У Шилю были невероятно красивые руки — изящные и белые. Его руки словно принадлежали юноше из благородной семьи. Они больше подходили для того, чтобы двигать фигуры сянци [2] или перелистывать страницы старых книг. Но уж точно не держать эту черную солёную фасоль.

С тоном человека, претерпевшего множество взлетов и падений, Шилю сказал:

— Когда ты вырастешь, поймешь, насколько велика ценность молодости. Но она в мгновение ока пролетит перед тобой и исчезнет как этот маленький боб, и никогда больше не вернется. Только тогда ты поймешь, сколько потратил времени впустую.

Чан Гэн промолчал. Он действительно не мог понять, как человек, подобный Шилю, вообще мог заикнуться о такой вещи как «потерянное время».

Сначала Шэнь Шилю выразил восторг, но затем склонил голову, и красная точка цвета киновари на мочке его уха, казалось, вспыхнула красным. Он нахмурился и прошептал:

— Как же так?.. Почему корабль в этом году такой легкий?..

Группа офицеров и солдат выстроились в два ряда, отгораживая толпу. Они остановились на расстоянии три чжан [3] от высоких горнов тунхоу [4], ожидая команды.

Командир сделал глубокий вдох и, повысив голос, заговорил в один конец горна. Исходящий с другого конца горна звук усиливался в десятки раз, отражаясь от стен бесконечным эхом:

— Гигантский змей вернулся! Открыть проход!

Услышав команду, два ряда офицеров и солдат немедля схватили огромные деревянные колесные рукояти и в один голос закричали, принимая команду. Они были одеты в одни штаны, демонстрируя народу свои великолепные мускулы, вкладывали в каждый оборот колеса все силы. Деревянное колесо начало медленно вращаться. Каменная дорога начала медленно раздвигаться, точно сама земля раскололась на две части, открывая подземную темную реку, протекающую через весь город Янхуэй.

Блестящий холодный металл огромного корпуса корабля поражал в самое сердце своей ужасающей и пугающей красотой. Сигнальный вой корабля был одновременно ужасен и трагичен. Этот гул разносился по всему городу Яньхуэй, будто падшие души тысячелетних солдат проснулись и спели в унисон.

Если Северный Патруль обладал такой силой, на что были способны три основных батальона Черного Железного Лагеря?

Мальчишке, запертому в этом тихом городишке на отшибе, было тяжело представить подобные масштабы, как бы он ни старался.