Убийство церемониймейстера

– Дуткин богат?

– Это отцовские деньги. Тот наворовал в свое время в провинции. Потом вышел со скандалом в отставку и пустился в биржевые махинации. Очень удачно, кстати. Старик уже умер, а состояние сына оценивается теперь чуть не в полмиллиона! Знаете брезентовую фабрику в Автово? Так это его фабрика!

– Ого! А на вид малахольный. Зачем же такой богач и служит? Понтировал бы в Монте-Карло.

– У Илиодора есть мечта: пролезть в придворные. Звание состоящего в должности он купил за десять тысяч рублей. Но этого ему мало, он хочет в штат.

– Купил? У кого?

– У князя Салтыкова, одного из двух обер-церемониймейстеров.

– Вот как! А мне светлейший говорил, что ничего не решает!

– За такие деньги, видать, решил. Поделился с кем следует и сам внакладе не остался.

– Но ведь одних денег Дуткину для этого было мало. Нужно еще официальное обращение его начальства!

– Совершенно верно. Он попросил, начальство подписало.

– Так просто? Этот смешной нелепый человек попросил, и его двинули в придворные?

– Конечно. Почему бы нет? Невелик труд подписать бумажку. Илиодор Иваныч беззлобный, а таким помогают охотно. За глаза смеются, но помогают.

– Почему же Дуткин не купил себе штатное место? С его-то капиталами.

– Это уже компетенция другого князя, Долгорукова.

– И что, он мзды не берет?

– Долгоруков – богатейший в стране землевладелец, копейки Дуткина его не интересуют.

– Хорошо, Вильгельм Эммануилович, я понял. Еще вопрос о нашем простаке. Скажите, в своем стремлении попасть в придворные как далеко он может пойти?

Агент «Борис» задумался.

– Хм… Вы имеете в виду противозаконные действия?

– Я имею в виду заказ на убийство соперника.

Шоль покачал головой:

– Ну и вопрос вы мне задали… Чужая душа – потемки. Нет, не смогу ответить.

– Подумайте хорошенько. Это сейчас очень важно. Дуткин в числе подозреваемых. Насколько он оголтелый?

Банкир задумался. Лыков не торопил его, хотя пора было возвращаться в департамент. Наконец Шоль заявил:"

"– Оголтелый! Придворная карьера для него идея фикс. Да он только об этом и говорит! В итальянскую оперу ходит, хотя в музыке ни уха ни рыла. Но там бывают всякие знатные персоны, есть шанс попасться им на глаза, вот Илиодор и шляется туда. Засыпает посреди действия, храпит, его будят… Смех и грех.

– То есть соучаствовать в убийстве способен! А вы вначале сказали, что Дуткин – добряк.

– Сказал. Все мы добряки, пока нас не берут за живое. Потом, лично он не убивал?

– Нет, это сделал один уголовный.

– Ну вот видите! На руках крови нет, а совесть – вещь гуттаперчевая.

Они еще немного поговорили о новостях. Шоля интересовали слухи о проделке Абазы и возможных последствиях его разоблачения. Лыков честно рассказал, что знал.