Клуб убийств по четвергам

Может, его видят насквозь, может, его шутки – вчерашний день? Он отстал от времени, это точно. А вдруг его спросили бы про Сирию? Сирия ведь, да? Или Ливия? Вдруг бы Димблби, глядя ему в глаза, попросил: «Мистер Ричи, расскажите нам, что вы видели?» Нет, это копы так спрашивают. И ведущая ведь теперь Фиона Брюс? Фиона ему нравится. И все-таки, кто убил Тони Каррана? Вентам. Типичный блэровец. Если только Рон ничего не упустил. Или упустил?

В доме напротив Ибрагим заучивает страны мира – просто чтобы левое полушарие не расслаблялось. Правому он задал другую работу – размышлять, кто убил Тони Каррана. Ибрагим засыпает где-то между Данией и Джибути.

В трехспальной кровати в Ларкине, это где балкончики, не может уснуть Элизабет. Она к этому уже привыкла. В темноте она обнимает своего Стефана. Чувствует ли он? Слышит ли ее Пенни? Или обоих уже нет? Или они существуют, только пока она верит, что они есть? Элизабет еще крепче цепляется за мужа и держится, пока можно.

Бернард Коттл в Сети. Его дочь Судхи на прошлое Рождество купила ему айпад. Он просил тапочки, но Судхи считает, что шлепанцы – это не подарок, так что ему самому пришлось покупать на распродаже в Айхэвене. Пользоваться айпадом он не умел, но Джойс велела не валять дурака, достала планшет из ящика и все показала. Под рукой у Бернарда большой стакан виски и последний ломтик испеченного Джойс кофейного кекса с грецкими орехами. Бледное голубое сияние подсвечивает ему лицо, когда он, должно быть в сотый раз, просматривает план «Лесного поселка».

Одно за другим гаснут окна. Свет остается только за толстыми больничными шторами «Ив». Умирающие живут по своему графику.

Глава 45

Первым их замечает Эллидж.

Эдвин Эллидж каждое утро просыпается в шесть, и медленно, но целеустремленно доходит до отворота на Куперсчейз. Пройдя вдоль ограды от скота на главную дорогу, он смотрит направо и налево, еще раз смотрит на всякий случай и медленно возвращается. Дело сделано. К половине седьмого он снова у себя в квартире и не показывается оттуда до конца дня.

Куперсчейз есть Куперсчейз – никто не спрашивает его, в чем дело. В конце-то концов, вон одна женщина из Теннисона прогуливает несуществующую собачку. Что угодно, лишь бы вытащить себя из постели.

Элизабет есть Элизабет, и она однажды решила перехватить его невзначай на обратном пути. Ранний туман, пар дыхания и сутулая фигура человека в плаще напомнили ей счастливые времена в Восточной Германии. Он поднял на нее глаза, одобрительно покивал и сказал: «Не надо, я уже проверил». Элизабет ответила: «Спасибо, мистер Эллидж». Потом повернула, и они вдвоем пошли по дорожке в очень приятном молчании.