Конкурс убийц

Он разговаривал с людьми, которые любят его, и был почти счастлив. А потом нелегкая вынесла на него Сифона. Разговор был такого свойства, что ради него пришлось отойти не только от людей, но и от машины, в самую глушь. И за это время Сифон сумел превратить обаятельного и чуткого к чужой беде парня в человека, способного на все».

Не доезжая до палаточного городка, они свернули влево. Проехали минут пятнадцать и оказались возле жилого комплекса, из тех, чьи хозяева имеют в частной собственности не только коттедж и землю под ним, но и часть сбегавшей к реке, благоустроенной набережной. Онейка была рекой не широкой, но чистой, местами у воды виднелись шезлонги и зонты от солнца. Гуров рассматривал через запыленное стекло сияющие чистотой высокие, отливающие первозданной голубизной окна, разноцветную черепицу крыш, делающую строения похожими на пряничные домики из сказки. И думал о том, что любой ребенок, живущий здесь, оказавшийся на его, Гурова, территории, немедленно бы заплакал, решив, что его похитили бомжи.

«Почему я считаю Аджея жертвой обстоятельств? — продолжил размышлять Гуров. — У всех есть прошлое. И защищая свое от огласки, он вполне мог пойти на многое. Сифон, как злой колдун, заманивал голодных девочек и мальчиков в пряничный домик. Откармливал, но не ел сам. А продавал в качестве десерта «серьезным людям». Доверить кому-то надавить на Сифонова и отнять фотографии Аджей не мог, видимо, вечеринка на барже удалась на славу. Я своими глазами видел, как шантажист ушел на своих ногах, а Полонского на заднем сиденье увезли в город. Но там мы расстались. И сказать, где был парень с холодными глазами до утра, до того момента, как его снова увидели Оксана, водитель или охрана, поручиться нельзя».

— Приехали.

Сизый припарковал машину. Гуров вышел и остановился, задрав голову, чтобы обозреть место прописки пропавшего Сифонова Андрея Викторовича. Менее опытный человек, возможно, заколебался бы, подбирая слова, чтобы описать увиденное. Гуров опыт имел, по генеральским дачам хаживал. И отдавал себе отчет в том, что дом Сифона можно смело сравнивать с дворцом. Для полного сходства не хватало ажурных ворот ручной ковки и белых павлинов, пасущихся на газоне.

Сизый тоже вышел, встал рядом. Откашлялся, спросил, понизив голос:

— То есть мы сейчас вежливо попробуем войти, я верно понимаю? Чего искать будем?

Гуров глубоко вздохнул, оправив рубашку и волосы. Потрогал удостоверение в нагрудном кармане, пожалел, что не при форме. Окинул лейтенанта придирчивым взглядом и остался доволен.

— Когда найдем, узнаем. Ты про него мне такого рассказал, что там по любой обертке от жвачки можно уголовное дело заводить. Особое внимание уделять информационным носителям и фотографиям. Ни пуха нам, ни пера.