Убийство с отягчающими

Таким образом ретивый генерал-полковник решил прикрыть тылы начальства? Такие случаи уже бывали: советники сенаторов своими руками убивали проституток только за то, что те переспали с их шефами и могли оказаться опасными свидетелями. Охрана президента отравила киноактрису… Правда, это было давно, доказательств тому так и не нашли до сих пор, а потому утверждать, что она просто не передозировала, противозаконно.

Быть может, Чубасов сказал: «Реши эту проблему, МОЙ ПЕРВЫЙ заместитель Шульгин», – и Шульгин пошел решать эту проблему таким образом, какой он нарисовал для себя из стона, рвущегося с уст начальника.

– Сколько стоит эта квартира по рыночным расценкам? – спросил советник у начальника ЖЭКа.

– Ну, тыщ двести пятьдесят, наверное, – ответил тот, предполагая, наверное, что оказывает неоценимую помощь следствию.

– Видел, Сидельников, – ухмыльнулся Кряжин. – Тыщ двести пятьдесят и еще на сотню барахла в квартире. Ради чего такие жертвы?

Муровец промолчал, распознав в иронии риторический вопрос, Полянский же был откровенен и прямолинеен:

– Страх за убийство.

– А чего ему бояться, капитан? В полночь тридцатого декабря прошлого года Гаенко спокойно вышел из офиса, поболтал с кассиршей, махнул у стойки рюмку «смирновки» и, лениво высасывая лимонный ломтик, вышел вон. У парня было беспечное настроение, и он никак не походил на человека, который только что кого-то завалил. Экспертиза определила время смерти с разницей в два часа, так что я на месте Игоря Викторовича уже давно пришел бы в милицию и сказал: я не убивал. Нет, Полянский, здесь другое… Здесь игра на интерес. Чтобы управляющий казино, да не умел расставлять приоритеты, делая ставки?

Что хотел сказать Кряжин, Полянский не понял. Сидельников догадывался, но, поскольку его мнения никто не спрашивал, он тоже промолчал. Начальник ЖЭКа вообще хотел уйти, и побыстрее. Понятые чувствовали себя виновными за то, что в квартире не оказалось трупов или хотя бы нескольких килограммов героина.

На выходе из подъезда Кряжин поймал за руку пытавшегося прошмыгнуть мимо него мальчишку.

– Да. – Десятилетний крепыш шмыгнул носом и обледеневшей варежкой вытер нос. – В двадцать четвертой.

– А кто в двадцать пятой живет, знаешь?

– Да. Гаенки. – И он посмотрел на пояс Сидельникова. Куртка опера была расстегнута, и из-под правой полы виднелась рукоятка пистолета. – А вы менты?

– Пять рублей хочешь?

– Ты дядю Игоря и тетю Веру когда в последний раз видел? – Порывшись в кармане, советник выудил пятирублевый кругляш и вложил в варежку мальца.

– Дядю Игоря я видел два дня назад, – и мальчишка посмотрел на карман Кряжина, который истолковал это абсолютно верно.

– Ладно, – и в руке пацана появилась вторая монета.