Убежище

Красивый зеленый газон, казавшийся в темноте почти черным, словно ожил из-за танца теней и света.

Чуть дальше ярко пылал огромный костер. Даже отсюда я слышала треск древесины.

Кто-то взял меня за руку.

Подняв взгляд, я увидела стоявшего рядом Льва, сжимавшего мои расслабленные пальцы.

– Я не ребенок, – сказала я ему, попытавшись высвободиться.

Меня правда будут держать за ручку?

– Ну, ты вляпываешься в неприятности, словно ребенок, – возразил парень. – Теперь, если захочешь приключений, я с тобой.

Я не сдержала тихий смех. Если честно, он нравился мне больше всех остальных. Вероятно, потому что был всего на несколько лет старше меня.

Обойдя вокруг, я запрыгнула ему на спину, заставив тем самым отпустить мою ладонь, и обвила его руками и ногами.

– Я тебя умоляю, – шепнула я Льву на ухо. – Если я захочу во что-то вляпаться, мне просто нужно следовать за тобой.

Он заворчал, пытаясь удержать равновесие.

– Слезь с меня, негодница.

– Ты же не хочешь довести меня до слез, да?

Парень фыркнул, приподнял меня и крепко обхватил руками колени.

– Даже не мечтаю.

– Давайте найдем выпивку, – объявил Давид, идущий впереди.

Илья прикурил сигарету.

– Ага, посмотрим, что эти богатенькие засранцы считают «крепким пойлом».

– Натяни капюшон, – приказал Лев.

Я послушалась. И вот нас встретило шумное веселье.

От предвкушения чего-то приятного у меня голова шла кругом. Правда, я не знала, с чем именно это было связано: с радостью от посещения вечеринки, волнением перед возможной встречей с Каем или с тревогой, вызванной последними словами Дэймона. Что он имел в виду? Чем я могла быть настолько шокирована после всего, что повидала в детстве? Я не хотела, чтобы какие-то обстоятельства испортили образ Кая, созданный моим подсознанием.

Да, я определенно нервничала.

Повсюду стояли небольшие группы людей. Некоторые девушки оборачивались, провожая парней взглядами. Пока все было как обычно. Мы казались лишними на этом празднике в своих футболках, стоивших меньше пятидесяти долларов, и не брендовой обуви. А ребята, которые были со мной, ко всему прочему, явно напоминали бандитов.

Давид, с ростом около метра восьмидесяти и крепким телосложением, особенно выделялся из толпы благодаря лысой голове и забитым татуировками рукам.

Илья мог сойти за модель. Белокурые волосы, томный взгляд, острый нос, точеная челюсть – с такими чертами он выглядел, как русский Джеймс Бонд.

И Лев. В двадцать один год он оставался простым мальчишкой. Заразительная улыбка, черные волосы, сбритые по бокам, но длинные на макушке. Ему бы петь в какой-нибудь группе, а не торчать в глуши Тандер-Бэй и выполнять рутинные задания, с которыми и третьеклашка справился бы.

Но, полагаю, они были привлекательными. Просто не для меня.