Убежище

А еще боялась, что со мной случится что-то плохое.

И плохое случалось.

Но брат всегда заботился обо мне. Он собрал все, что смог унести из дома, чтобы выкупить меня у матери, которая, если бы мы жили в идеальном мире, отказалась бы от подобного предложения. Однако деньги и туманная перспектива того, что в Тандер-Бэй моя жизнь сложится лучше, победили.

Хотя главным аргументом все-таки стали деньги. Потрачены они были так же легко и молниеносно, как появились. За прошедшие годы она несколько раз пыталась меня вернуть, может, потому что сожалела о своем поступке или планировала выторговать побольше налички, но Дэймон получил то, что ему было нужно, и даже слушать ее отказался. И в пятнадцать, и в семнадцать, и в девятнадцать лет.

Да я и не хотела, чтобы он слушал мою мать. Иногда все так странно складывается. Совершенно неожиданные люди становятся для тебя единственной надеждой, и ты держишься за них изо всех сил, потому что другого выбора нет. Иначе упадешь в бездну одиночества, отчаяния или страха. Он потянулся ко мне, и я потянулась к нему.

За считаные дни после переезда в каморку на вершине башни, проводя час за часом под опекой Дэймона, я была очарована им. Я боготворила его и хотела быть похожей на него.

Мы стали друг для друга настоящей семьей.

Бросив взгляд на террариумы, я увидела Велеса и Кору Вторую, гревшихся под своими лампами. Я поднялась, подошла к комоду, открыла крышку, осторожно взяла Велеса и помогла ему обвить мою руку. Он уже должен был умереть. Кора умерла несколько лет назад, а Велес еще держался. Возможно, ради своего хозяина.

Он лежал смирно, не шевелясь, и я погладила пальцами его чешуйчатую кожу.

После первой встречи с Дэймоном я пошла в библиотеку и отыскала информацию о его змеях в Интернете. Велес оказался молочной змеей, Кора – маисовым полозом. Обе были совершенно безвредны и не ядовиты.

Хотя Дэймон сказал правду.

Любое животное кусается, если его спровоцировать.

Глава 8

Бэнкс

Ночь Дьявола, шесть лет назад– Держись рядом с нами, – приказал Давид, открыв дверцу своей машины. – Если взбесишь меня, я оттащу тебя домой, что бы Дэймон ни говорил.

Да, знаю. Ты это уже дважды повторил."

"Мы все вышли из внедорожника: я с Ильей сидела сзади, Давид за рулем, Лев – на переднем пассажирском сиденье. Автоматические замки щелкнули, и мы начали спускаться с холма к уединенной части кладбища, где проходила вечеринка. Костры, словно светлячки, отражались в черном небе.

Подъехав с парнями к Часовой башне, Давид посадил меня в машину и отвез к главным воротам кладбища.

Где-то играла Puddle Of Mudd. Замедлив шаг, я благоговейно оглядывалась вокруг. Перед нами парило море огней, сотни зажженных свечей стояли на памятниках, окружали могилы и склепы.