У врага за пазухой (СИ)

Одной рукой ласкаю нежные половые губы, а другой – массирую тугое колечко ануса.

- Может, этот твой уборщик еще и красавчик?

Кира не сопротивляется. Послушно прогибается в спине. Позволяет мне вставить в нее средний палец. Вначале по первую фалангу, а после небольшой паузы – протискиваюсь по вторую.

- Если тебе нравятся мужчины постарше.

Осторожными плавными движениями расширяю ее для себя.

- Моя новая страсть, это сорокалетние. - Ведьмочка дразнит еще сильнее. Не бережет свою роскошную попку. Совсем ничего не боится.

- Очень нравятся? – Вынув палец, пристраиваю между упругих половинок головку члена.

- Да-а... – стонет, когда насаживаю на себя. - Черт. О-очень.

Кира до побелевших костяшек сжимает края ванной.

- Тогда мы идеально совпали.

Осторожно двигаюсь дальше. Боясь причинить боль, настойчиво ласкаю клитор. Трахаю пальцами эти райские складки, и с каждым мгновением все глубже погружаюсь в тесный вход сзади.

- Ты... что б тебя! Просто мастер по совпадениям... И уговорам, – голос Киры становится совсем глухим, а по напряженному телу катится волна дрожи.

Оказавшись в ней по самые яйца, поворачиваю к себе лицом и целую. Жадно, глубоко. Царапая зубами губы и покусывая язык.

Как с цепи срываюсь от этого поцелуя. Шизею от нежных губ сильнее, чем от тугой плоти, сжимающей мой член.

Странная потребность. Дикая. Такая мощная, что накрывает глухим колоколом и выносит из мыслей всех, кто был до.

- Слышал, у тебя какая-то дама поселилась, - говорит племянник, закрывая за собой дверь моего кабинета.

Я впервые за неделю вырвался утром поработать, и сразу допрос.

- Что ж твоя служба безопасности не выяснила подробности?

Пробегаюсь глазами по заголовкам писем. В целом ничего страшного, но пару встреч придется провести сегодня же.

- Я надеялся, ты сам расскажешь. – Клим устраивается в ближайшем кресле. – Десять лет никаких постоянных женщин, а тут вдруг живете вместе.

- Тебя любопытство замучило?

Я не собираюсь ничего рассказывать. Хватит с племянника его собственной бурной личной жизни и внезапного отцовства.

- Порадоваться за тебя хотел.

- Раз хотел, радуйся. Я не мешаю.

- Так, может, еще и познакомишь? Мы с сестрой давно ждем окончания твоего траура.

- Хм... Вы так ждали, что каждый умудрился по горло вляпаться в разное дерьмо. И мне, как в прошлом, приходится рвать зад, чтобы вас вытащить.

- Ты злишься? Или это только кажется? – Клим наклоняется вперед. Рассматривает меня, как загадочный экспонат в историческом музее.

- Я учил тебя, что нужно делать, когда кажется.

Пора прекращать этот разговор. Впереди куча работы, дома беспокойная акула, которую тоже важно чем-то загрузить, чтобы не искала приключений. На пустой треп нет ни секунды.

- Молиться. Я помню. – Клим лыбится, будто выиграл суперприз.