У врага за пазухой (СИ)

А разве можно ей такой, голой, хоть в чем-то отказать?

- Мне теперь даже стыдно за свои прежние мысли, - успокоившись, говорит Кира. – Я была уверена, что это детки богатых родителей. У меня и мысли не возникло, что все они из детских домов, а некоторые вообще беспризорники.

- В Питере хватает хороших клубов для богатых. Мне привычнее работать с такой вот шпаной. Натренировался. На племяннике.

- И поэтому ты нашел все семьи, которые пострадали из-за Китайца? Всех мальчишек, которых он сделал сиротами? И взял под свою опеку. – Будто совсем вычихалась, Кира кладет голову мне на плечо.

- Из меня хреновый тренер для мажоров.

Подтягиваю Киру чуть выше. Так, чтобы легче было тереться членом между сладких булок.

- Для Галины это был такой шок.

- Буровая неплохая женщина, - поясняю я. - Она рано вышла замуж, а когда поняла, кто ее муж, сбегать стало поздно.

- Она знала их родителей и знала, как те погибли. – Кира прижимается щекой к моей груди. – Именно из-за всех этих смертей Галина считала, что муж непобедим. А тут ты... и эти дети.

- Нас была целая банда.

Скользнув ладонями вниз, обхватываю грудь. Никогда не был фанатом маленькой груди, но эта совершенная. Как созданная по заказу специально для моих рук!

- Я с трудом ее успокоила, - со стоном продолжает Кира. – Она сказала, что это самый лучший день в ее жизни.

Пряча улыбку, вспоминаю, как нелегко было уговорить эту женщину хотя бы на минуту заехать в мой клуб.

В этом они с акулой как из одного теста. Обе упрямые и глухие к чужим просьбам. Счастье, что принципиальность и порядочность тоже общие. У Буровой – несмотря на долгий брак с Китайцем. У Киры – несмотря на неудачников, которые умудрились затянуть ее в ЗАГС до меня.

- На радостях Галина готова была рассказать о чем угодно. У меня чуть батарейка в диктофоне не села во время интервью.

- Я заметил. Вы так долго шептались в моей раздевалке, что пришлось искать билеты на следующий поезд.

Тут немного лукавлю. Я сразу купил два билета. Один на ближайший рейс – если Галина заартачится и не станет ничего говорить. Второй – на самый поздний.

Шанс был пятьдесят на пятьдесят. Я до последнего не мог гарантировать Кире никакого интервью. Но мои стойкие мальчишки, тринадцать маленьких бойцов смогли-таки проломить стену недоверия.

- Галина рассказала обо всем, что помнила. У меня теперь столько материала, что хватит на цикл.

Кира сама начинает полировать задом мой член. Благодарная акула, хорошая.

- А ведь ты могла бы тихо и спокойно пообщаться с уборщиком.

Презервативы лежат слишком далеко – не дотянусь. А вставать... даже на секунду не хочется выпускать из объятий эту несносную женщину.

- Ты так активно его рекламируешь... – Судя по сбившемуся дыханию, крышу рвет не мне одному.