У врага за пазухой (СИ)

Побег почти ничем не отличается от вчерашнего. В голове все те же вопросы: «Как я могла?» и «Зачем снова переспала с Вольским?». В ногах уже привычная слабость.

Радует лишь то, что в этот раз не нужно воровать вещи и вызывать такси с чужого телефона. Этим и успокаиваю себя, пока крадусь к выходу. Вдобавок клянусь взять отгул и провести разбор полетов. Однако стоит повернуть ключ — моя удача резко заканчивается.

Дверь не открывается. Ни после двух поворотов ключа, ни после толчка бедром, ни после сказанного шепотом: «Какого черта?».

— Здесь еще кодовый замок, — раздается за спиной хриплый мужской голос. — Обычно я им не пользуюсь. Ради тебя вчера пришлось вспомнить все цифры.

Ноги прирастают к полу.

— Я думала, ты спишь...

Глупейшая ситуация. Поворачиваться стыдно.

— Ты так красиво уползала, что я не стал мешать. — Яр подходит ближе. — Никогда не видел такого шоу. У тебя очень редкая техника. Умудряешься вихлять задом в одеяле.

— Я под арестом? — От неловкости вспыхивают даже кончики ушей.

— Надеялся, что в гостях. Но если тебе больше нравится вариант с арестом... — Вольский сам разворачивает меня к себе. — Для твоего спокойствия могу поискать наручники. Любой каприз!

— Я просто не хотела мешать. У тебя работа, у меня работа...

— Мм... Волнуешься о моей работе? — Гад так улыбается, словно ему здесь стендап устроили.

Он веселится, а я готова провалиться сквозь землю. Никакой справедливости!

— Твоими стараниями я скоро забуду, где находится офис моей компании. — Яр отбирает обувь и опускает ее на пол. — Но за заботу спасибо.

Он смотрит снизу вверх, будто сквозь брюки можно увидеть, надела я белье или нет.

— В этом у нас ничья. Ты тоже здорово усложняешь мою работу.

Почему-то вспоминается недавняя порка. Твердая ладонь Ярослава на ягодицах, звонкие шлепки и дикая смесь стыда с удовольствием. От этих мыслей к горящим ушам добавляется пылающий зад.

— Будем и дальше портить друг другу жизнь? — Ухмылка Вольского становится опасно плотоядной.

— Будем... — Задумываюсь.

Домой меня не отпустят. Скорее, затянут в кровать и будут трахать до полной потери чувств. Перспектива не такая уж и пугающая. Секс с Вольским можно отнести к особому виду искусства. Но о самоуважении и работе можно будет забыть.

— Ты так серьезно о чем-то размышляешь.

Яр ведет кончиками пальцев по моей спине. Играет на нервных окончаниях как на фортепиано. Маэстро, мать его!

— Прямо сейчас я не хочу ничего портить. Ни жизнь, ни работу. — Стыда становится так много, что меня переполняет. Не могу больше стыдиться. Кладу ладони на широкие плечи и целую небритый подбородок. — Хочу кое-чего другого.

Руки Яра все еще на спине, но взглядом он раздел меня догола и поставил в позу.

— Мне это очень нужно, — приподнявшись на носочки, выдыхаю ему на ухо.