Ты теперь моя

Отрываясь от его губ, я закрываю глаза и откидываю назад голову.

— Рома…

— Не закрывай глаза, — сдавленно просит он. — Юля, — окликает, потому что я не сразу реагирую.

— Хорошо… Хорошо… Рома…

Он утыкается лбом в мою переносицу и начинает двигаться. Мне трудно хоть как-то контролировать свои эмоции. Я покрикиваю и стону от удовольствия, беспрестанно шепчу его имя, прошу продолжать, хотя он и не думает останавливаться.

Кажется, что приближающийся оргазм снесет меня как ураганный ветер. Его зарождение такое мощное, что в какой-то момент становится страшно."

"Рома, как и всегда, чувствует изменения. Останавливается. Ловит пальцами мой подбородок. Наше смеженное тяжелое дыхание перекрывает все звуки в комнате. Он долго смотрит… А потом впервые по собственной инициативе он меня целует. Накрывает мой рот без свойственной ему грубости. Достаточно крепко, но вместе с тем осторожно. Возможно, даже в какой-то степени нежно… Я отвыкла от такого… Сауль прихватывает своими губами мои губы. Скользит языком внутрь. Проворачивает его медленно и томительно. Дарит свой вкус и забирает мой.

Божественно…

Кажется, мое сердце способно проломить не только мою грудную клетку, но и его.

Хочу к нему.

Это желание за гранью возможного. Это чистое безумие. Но и оно прекрасно.

Рома возобновляет движения. И я снова падаю. Но в этот раз не сразу разбиваюсь. Проваливаюсь в воду. Горячую, бурлящую, с безумными вихрями подводного течения. Оно закручивает меня, ласково и требовательно кружит, чтобы после резко вытолкнуть на поверхность.

Ничто так не покоряет женщину, как мягко насаждаемая твёрдая мужская воля… Сейчас я понимаю это крылатое выражение.

— Я люблю тебя… — хрипло шепчу Саулю в губы, выгибая на пике наслаждения спину. — Люблю тебя… Люблю…

Глава 29

Мои тебе настроения, от крошки, от гения

Мое в тебе сердце юное, щербатое, лунное…

© Земфира «Не пошлое»

Юля

Папа возвращается раньше, чем планировалось. Я так радуюсь предстоящей встрече, ни о чем другом думать не могу. На эмоциях забываю обо всем плохом и окончательно отпускаю осторожность. Смеюсь и слишком много болтаю, докладывая Саульскому то, что ему, вероятно, совсем не интересно.

— Смотри, какой удобный домашний костюм я для папы купила. Классный? Почему молчишь? — натыкаюсь на внимательный взгляд стальных глаз. Смотрит Рома не на костюм явно. Но я, пряча смущение, продолжаю гнуть свое — мне так легче. — Ну, классный же! Очень мягкий. Потрогай.

— Классный, — выдвигает, не прикасаясь к предмету обсуждения.

— Еще сегодня заказала подушки из Италии. Ортопедические. Матрас мне очень понравился. Я потом подумала, надо было и нам такие взять… Заеду завтра, продублирую заказ. Ты же не против?

— Эти вопросы решай сама, Юля.