Ты всё ещё моя (СИ)

Накрываю тело Дикарки своим и, отталкиваясь кроссом от земли, раскручиваю вертушку. – Люто, Лиза. Хочу.

Смотрю в ее увлажнившиеся блестящие глаза и ловлю там звездный калейдоскоп. В какой-то момент кажется, что это не мы кружим, а небо над нами летит.

– В доме твоих родителей я не буду, – заявляет Лиза, разрывая воздух учащенным дыханием.

– Мы не в доме, – возражаю весомо.

– Все равно… Я так не могу, Артем… Это… Это неправильно… Я здесь не для этого… Так нехорошо…

– Черт, Лиза, остановись… Не накручивай… Остановись, блядь, пожалуйста… Пожалуйста… Блядь… Пожалуйста… – выдыхаю весь скоп забродивших эмоций.

Знаю, что слышит она, как меня рвет. Выдаю эту потребность. Должно быть, впервые сознательно выдаю. Больше не могу в одиночку гасить.

– Боже, Артем… Боже… – стонет тихо, дробя мое тело еще и своей дрожью.

– Вседозволенность? – хриплю я. – Продолжаем?

Она не отвечает. Карусель продолжает вертеться. А у меня заканчивается терпение.

– Лиза… – прижимаясь лицом к ее лицу, выдыхаю рваным хрипом. Вдыхаю ее запах. – Ты – моя… Моя вселенная… Моя жизнь... – выталкиваю без всяких фильтров.

Полным весом все свои чувства и эмоции выдаю. А потом… Потом, боясь увидеть ее реакцию, ловлю хрупкий подбородок пальцами и нагло впиваюсь ртом в губы.

Вспышка. Ядерное расщепление. Разрыв на уровне ДНК.

Происходит то, чего я боялся… Это, блядь, происходит. Так легко и так стремительно.

Мы теряем целостность. Мы рассыпаемся и плавимся. Мы сливаемся воедино.

Мир вокруг нас взрывается и исчезает. Но мне плевать. Плевать, даже если та мощная стихия, что сотрясает все мое тело, является реквиемом. Наконец мое «похрен» повернуло в правильную сторону и влетело в свое законное русло. Никаким внешним обстоятельствам я больше не намерен сдаваться.

Даже ей... Ей, блядь, особенно!

Стискиваю свою Дикарку крепче. Напираю жестче. Вкушаю отчаянно, пока не разрывает адскими всполохами грудь.

Снова эта боль. Снова этот восторг. Снова этот кайф. Все вместе – бескомпромиссная вышка.

Лиза Богданова моя. Только с ней так получается. Только с ней.

Запилен пожизненно. И каким бы мучительным не был этот путь, я пройду его с ней. А если моя Дикарка в какой-то момент вновь соскочит, я, мать вашу, сделаю все, чтобы удержать ее и убедить идти дальше.

Отношения без обязательств могут быть вечными? А если вседозволенность, и один на один? Да же! Да.

Целую ее, и нас таскает, как сумасшедших. Ни одной здравой мысли. Только одичалые ласки, безумная дрожь, надсадное дыхание. Подбрасывает физически, до гребаного приступа недалеко.

Сердце ломает ребра. Несется со сверхъестественной скоростью и аномальной силой. Меня бросает в жар, и тело, как следствие, стремительно заливает потом. Слюны становится слишком много.

Я голоден. Я, блядь, очень голоден.