Ты отдашь все!

И вообще, это – позор! А с другой стороны, многие шизофреники и, в частности, Сева тоже, мог втайне гордиться своим новоприобретенным диагнозом, поскольку этим заболеванием страдали многие великие люди, и ему было бы лестно, чтобы об этом узнало как можно больше народу. Он мог думать, что он – человек, избранный богом! Вот в чем заключается расщепление сознания. И если бы у него возобладали именно эти аспекты болезни, то я не исключаю, что он сам пошел бы в клинику и попросил, чтобы его официально освидетельствовали. А после этого его неизбежно положили бы в больницу на три-четыре месяца и давали бы ему препараты, наблюдая, как реагирует его психика. А после этого ему дали бы третью или четвертую группу инвалидности, и он вынужден был бы оставить свою директорскую должность, поскольку дальнейшее его пребывание на этом месте оказалось бы невозможным. Я так подробно описываю вам все эти медицинские и юридические моменты, чтобы вы поняли до конца мои мотивы...

– Я все поняла, – кивнула я. – Но у меня, вообще-то, всего лишь возникли подозрения, что у вашего мужа с Марковым была… гомосексуальная связь.

– Это чепуха, – спокойно парировала Маргарита. – Ничего подобного ему не свойственно. Одна игра! Итак, вы хотите знать, где он был в феврале? Я вам расскажу все по порядку... Шестого – да, по-моему, шестого февраля – мы с ним крупно повздорили. Из-за Левы. Собственно, в последнее время мы только из-за него и ругались. Это началось уже довольно давно, но все же, не доходило до таких масштабов. Я имею в виду это его преклонение перед Марковым. Хотя каждому нормальному человеку, – Маргарита подчеркнула слово «нормальному», – абсолютно ясно, что преклоняться-то там не перед чем! Я, например, просто совершенно его не выносила, заявляю вам сразу. Вечно язвит, вечно издевается над всеми... Причем, ладно бы, он просто шутил, а то он именно издевается! Да еще с такой ехидной улыбочкой... И вот еще за что я его не любила – Марков вечно сочинял обо всех небылицы, порою – просто чудовищные! А потом эти сплетни тянулись за людьми. Кстати, он и на Севин счет язвил несчетное количество раз, а тот все ему прощал. И превозносил Леву до небес. Я даже вздохнула с облегчением, когда этот Марков уехал в Германию, думала, что он, наконец, оставит нас в покое, но не тут-то было! Во-первых, они регулярно переписывались с Севой, но это еще не так страшно. Самое ужасное, что Сева только о нем и говорил! У него на языке был один Лева, и у меня появилось такое ощущение, что этот Марков с нами живет, ест, спит... Просто наваждение какое-то!

У Севы, правда, была и еще одна любимая тема – он вбил себе в голову, что является потомком какого-то там короля или кого-то еще, я толком не вникала в эту чушь.