Ты не заставишь меня

— Скоро отдохнешь, Алина, – она усмехнулась и простучала каблуками ко мне. — Недолго осталось в начальницу играть. Демьян предательства не прощает, ты знаешь. Он убьет тебя. И не спасут тебя твои любовники.

— Мои любовники очень злые, поэтому советую теперь ходить и оглядываться, – дождалась, пока она выйдет из кабинета, и шагнула за ней, прикрыла дверь.

Голос не дрогнул, зато внутри все трясется, ступаю по коридору и в ногах слабость, словно они из желе.

— Мы с Демьяном планируем покупать домик где-нибудь на берегу моря, – Надя мечтательно закатила глаза, представляя эту картинку. — В городе его пока держишь лишь ты. Месть. Понимаешь, ты бы со мной уже не разговаривала. Но я настояла. Чтобы Демьян выждал время. Все-таки, у тебя такая фамилия. И если Алину Коваль просто шлепнут в темной подворотне – только вдумайся, какая шумиха поднимется в городе? Новости про твою сестрицу в коме до сих пор не утихли. А нам этого не нужно. Мы спокойной жизни хотим, Алина. Поэтому твоя смерть будет выглядеть – как несчастный случай.

Она рассказывает это. Мне. И улыбается безумной улыбкой.

Она сумасшедшая, но это вижу лишь я.

Мы спускаемся по лестнице, и со стороны выглядим добрыми приятельницами, которые рецепт пирога обсуждают мужу на ужин.

— За все надо платить, Алина, а за предательство вдвойне, – напевно проговорила она и остановилась в холле. Снова окинула взглядом мою длинную черную юбку, строгую блузку. И понизила голос. — Дура ты, конечно. Идиотка просто. Потерять такого мужчину. Он ведь никого раньше не любил, тебя только.

— Он еще любит, – не выдержала.

Знаю, что это не так. Но представляю, как он для меня несчастный случай планирует – и в глазах темнеет.

— Не любит, дорогая, – Надин голос будто ножом по живому. — Об этом я тоже хотела предупредить. Не пытайся его соблазнить, не лезь к нему, поняла меня? – она шагнула на меня, и я машинально отступила. — Мы вместе теперь. И если полезешь к нему в трусы – я клянусь, приду и сама тебя задушу, ты услышала?

Она легко толкнула в плечо, в шутку будто бы, и я покачнулась на каблуках, ухватилась за скользкие перила. Отбросила волосы с лица и вскинула голову.

С удовольствием бы разрыдалась, нервы в последние дни и так ни к черту, я ребенка жду, а в голове после ее слов одна за другой сменяются картинки, где Демьян мой завтрак травит, яд наливает с улыбкой, и как они обнимаются с Надей, целуются, поднимают шампанское и празднуют.

— Это ты плохо понимаешь, с кем разговариваешь, – сжала зубы и махнула рукой, рассекая воздух, крутанулась на каблуках. — Здесь все мое. Ты на мою территорию явилась. А я тебе не девочка. Которую напугать можно, рассказав страшную сказку. Ты зря пришла, Надя. И ты отсюда не выйдешь.