Ты нас променял

Я не хочу никого кроме тебя видеть в своей жизни, мне никто не нужен. Никто. Я знаю, что ты не можешь мне сейчас доверять, и очень в этом права, но готов снова тебя добиваться и доказывать чувства, просто скажи, как я могу искупить свою вину?

— Платон, — мои ноги дрожат. — Отпусти, я не могу быть с тобой. Ты несчастлив рядом, я не та, о ком ты мечтал, а ты… Ты выбрал другую. Любовь не может быть такой. Мы слишком обижены, стали чужие друг другу, — плачу и отталкиваю его.

— И что теперь? Скажи. Что?

— Развод, Платон, — ненавижу себя за слезы, но продолжаю плакать.

— Ты этого хочешь? Если да — я приму это решение. Не имею права заставлять, если ты считаешь, что твое счастье и будущее вне нас.

— Я так считаю, — вру, глядя в глаза. — Хочу жить иначе. Попробовать быть одной. Наверное, я слишком растворилась в любви к тебе, а ты — замечательный, — улыбаюсь истерично, — не считая всего, что сотворил — да. Настоящий мужчина, и я всегда была с тобой, как за каменной стеной. Спасибо за наши годы, но дальше я сама. Мне стоит повзрослеть, увидеть жизнь без обнимающего крыла и того, кто решает все мои проблемы. Ты мне скажешь над чем работать? Или я должна искать бессонными ночами причины сама? Ты же мужчина, в целом честный и прямой, озвучь правду, я готова выслушать, — произношу уверенно.

— Тяжело тебя критиковать, — печально ухмыляется. — Злата ты отличная жена…

— Платон! — перебиваю его, — говори!

— Все что я скажу, только потому что просишь, претензий действительно нет, есть только чувство пустоты. Я действительно рад, что ты когда-то решила разделить со мной жизнь, но… Злата, мне не хватало любви, ласки, внимания. Знаю, что ты старалась и хотела идеальных нас, но не всегда и все получается. И я не могу винить тебя в твоих женских проблемах или, тем более, сейчас, в сонливости, когда понимаю, что была причина и люди, которые этому способствовали. Я мужчина, я хочу секса, близости, внимания, а ты — зациклена на работе, себе. Пойми, я говорю это не для того, чтобы себя оправдать, просто отвечаю, — снова извиняется. — Впрочем, говорил и раньше. Не раз.

Хотелось бы винить во всем Плата, во всем! Но он прав, чертовски прав. Моя вина тоже есть. Нет, я не достойна измены и не заслуживаю ее, мне неприятно, что говорит муж, но это правда. Его правда. Душой и сердцем чувствую боль Платона, ощущение ненужности. Я действительно зациклена на себе в этом браке. Уверена в том, что супруг обязан, должен. Забыла, что и он нуждается в тепле, заботе, любви.

В голове снова возникает Париж и мне противно. От себя, своего поступка. Я бросила его с травмой, в то время когда у Платона были проблемы. Я всегда говорила и думала только о себе, поездка — апофеоз моей наглости.