Ты нас променял

Макс хотел, чтобы я дала интервью и устроила Плату прилюдное полоскание грязного белья.

— Черти какие-то, а не люди, — сплевывает шкаф. — В доме тоже о вас все знали?

— Нет, ни прислуга, ни охрана ничего не знали. Вскрылось все в последний день, когда я и Злата учинили скандал. Тогда и охранники подключились, и домработница открыла локаторы. Да и не спали мы в доме, пару раз минет сделала. Секс был на другой территории. Платон шифровался, так как понимал, что Злата не простит. Так и вышло. Искренне надеюсь, что амеба безголовая не даст ему шанса. Только Рите я рассказывала сказку о нашей любви, малолетняя дурочка и подсобила — заканчиваю, чувствуя злость.

Не желаю, чтобы Платон был со Златой. Очень верю в то, что ярость со временем спадет и мы сможем поговорить. Я действительно питаю к нему чувства и хочу попробовать быть вместе. Злата не пара Плату, пусть живет отдельной жизнью. Уж кто-кто, а я знаю и видела, какой она человек. Не удивлюсь, если и ребенка оставит Платону на воспитание, выбрав путешествия и кассу. Ей не до семьи.

— Мне твои рассказы про ваши трахи нафиг не сдались, сколько, где, зачем, не вижу разницы. А вот про Макса спасибо, теперь встало все на свои места. В принципе, так и думали, что дело тут не только в выпивохе Оксане, слишком она глуповата для комбинаций посерьезнее, — выключает телефон. — А лекарства, чья идея? — смотрит, не сводя с меня глаз.

— Для Златы и Риты давала Оксана, а Платону просил подливать Макс. Он не настаивал, просто советовал «помогать» другу. Эти двое вели параллельно свою игру. И параллельно мне платили. Максу невдомек, что его жена мечтала выжить Злату из дома и травила ее.

— Конченая, конечно, семейка, ничего не скажешь. А ты не лучше, давалка третьесортная. Что бы они там не планировали, исполнителем была ты, дорогуша, лекарства давала тоже ты, боюсь что и отвечать придется угадай кому.

Только успокоившись, я снова начинаю плакать.

Он прав. Теперь все свалят на меня — лежи или в земле, или в тюряге гноись.

Амбал садится в машину, а я ничего не понимаю. Он не убьет? Не станет закапывать? Подбегаю к автомобилю и рукой барабаню в дверь.

— Ты что, осмелела? — открывает окно и грозно произносит. — Вон отсюда! Радуйся, что живой оставил, будь моя воля, прихлопнул бы, как муху на стекле.

— Отвези меня домой, я не знаю где я, — в панике кричу.

— Твои проблемы, прогуляйся, весь день впереди. Смотри, к ночи выберись, а то зверей тут явно полно, сожрут звезду минета, отравятся еще, — закрывает окно и отъезжает.

— Кто заказчик? — бросаю в пустоту, амбал не слышит меня и не собирается напрягаться, врубив музыку на всю мощь.

Облегчение от того, что меня оставили живой, сменяется паникой. Теперь я хрен пойми в каком лесу — это раз, и слила всю информацию неизвестно кому — это два.