Ты меня променял (СИ)

Но все же я рада, что моя проблема по имени Костя решилась так быстро. Теперь пусть остаётся с голой задницей. Так ещё и судиться будет...

Интересно, при таком раскладе его беременная девушка останется с ним, несмотря ни на что? Или же свалит на все четыре стороны, не желая быть женщиной такого мошенника, у которого ни гроша за душой нет?

Решаю не грузить себя глупыми вопросами. Обернувшись в полотенце, выхожу из ванной и ищу в гардеробе Кристины что-нибудь подходящее. Однако кроме рубашки, которая явно принадлежит Жене, ничего удобного не нахожу.

— Как вкусно пахнет, — говорю, едва оказавшись у накрытого слова. — Так быстро доставили...

— Вообще-то сорок минут прошло, — смеётся Женя. — Теперь ты хотя бы не такая бледная. И глаза блестят.

Улыбнувшись, забираю кусочек огурца и отправляю в рот. За столом Карельский делится воспоминаниями студенческих времён, рассказывает, как поднялся по карьерной лестнице. Я же восхищаюсь им, потому что в отличие от Кости, Женя добился всего сам. Своим трудом.

Буквально через полчаса мы уже сидим на диване перед телевизором. Женя включает фильм, который выбираю я.

— Красивая девушка, — имею в виду главную героиню — высокую брюнетку с голубыми глазами и модельной фигурой. Прямо на маму мою похожа. Правда она у меня блондинка.

— Это тебе так кажется, — хрипловатый баритон звучит прямо у уха. По телу мгновенно разбегаются сотни мурашек, дыхание учащается.

Я поворачиваюсь к Жене и ловлю его пристальный взгляд. Он сидит настолько близко, что я чувствую его дыхание.

— Что мне кажется? — шепчу я, нервно сглатывая.

— Ты гораздо красивее.

Мгновение, и рука Карельского оказывается на моем затылке, притягивает к себе. И сразу же впивается в мои губы глубоким поцелуем, который выбивает весь воздух из легких.

Обвиваю его шею руками и прижимаюсь плотнее, отвечаю на поцелуй. Однако он длится недолго, поскольку приходит осознание того, что я творю.

Я беременна. От чужого мужчины. И об этом факте Карельский не знает. Возможно, он даже не захочет иметь со мной ничего общего, расскажи я ему об этом.

— Жень, подожди, — часто дыша, я слегка отстраняюсь и заглядываю в темные глаза глаза мужчины. — Мне нужно тебе кое-что...

— Давай потом, — перебивает, обхватывая мое лицо руками.

— Нет, Женя. Нет. Сначала я расскажу... Может, тогда ты не захочешь продолжить это... Безумие.

Карельский хмурится, но никак не комментирует мои слова. Лишь смотрит в недоумении.

— Что не так, Эмилия?

— Я... Я беременна, Жень.

Глава 29"

"Руки, которые обхватывали шею Жени, холодеют, кончики пальцев покалывает. Тело становится ватным, непослушным. Меня начинает выворачивать наизнанку от одного взгляда Карельского.

Он против. Он не хочет этого ребенка.

Губы Жени поджимаются в тонкую линию.