Развод. Ты меня предал (СИ)

Задерживается на кровати на пару секунд и делает шаг к шкафу.

— Хорошая кровать, да? — говорю я, и он оборачивается.

Взгляд темный. Зрачки расширенные.

Кажется, он уже успел нафантазировать себе, как швыряет меня на кровать, на край которой я сажусь.

Немного подпрыгиваю. Матрас пружинит.

— И вообще не скрипит.

— Ада…

— Что? — хлопаю ресницами. — Сам сядь и проверь. Крепкая, добротная кровать. Хозяйка, кстати, тоже об этом сказала, когда приехала на осмотр. Одно из соновных достоинств этой квартиры.

— Ты меня провоцируешь, Ада.

— Я тебе просто хвастаюсь, — пожимаю плечами. — Делюсь радостью, что как мне повезло найти хорошую квартиру. Ты бы хоть слово сказал, что квартира у нас Лилей замечательная.

— Куда двигать шкаф?

— Серьезно, Матвей?

Он медленно выдыхает и шепчет:

— Мне не нравится эта квартира.

— Это еще почему?

— Потому что двор тут маленький, подъезд унылый, непонятно, где парковаться, въехать и выехать тяжело, — делает паузу и добавляет, — и да, обои просто уродские.

— Ну, спасибо!

— А еще кухня маленькая.

Недобро щурюсь:

— Тебе лишь бы все покритиковать.

— И, наверное, стены здесь очень тонкие, — продолжает Матвей. — И я не хочу двигать это уродство, — он вскидывает руку на шкаф, — потому что это бессмысленно.

— Двигай его, — цежу я сквозь зубы. — Ты сам на это согласился. Я тебя даже не уговаривала.

— И я даже думаю, что тебе даже не стоит особо вещи разбирать, — Матвей встает передо мной и смотрит на меня сверху вниз.

И деловито скрещивает руки на груди. Я жду продолжения его злой тирады, но он молчит.

— Ты на скандал напрашиваешься?

— И моя квартира мне тоже не нравится, — Матвей хмурится. — Парковку там постоянно подтапливает.

Неожиданно к горлу подкатывает ком тошноты, да такой сильный, что он вот-вот вырвется из меня фонтаном.

Я торопливо встаю, но Матвей давит мне на плечи и возвращает на кровать:

— Я не закончил, Ада.

Ох ты ж. Включил мужика и так не вовремя.

— Мы должны искать дом, Ада.

Я опять вскакиваю на ноги, с мычанием отталкиваю его и выбегаю из комнаты.

— Я тебя не понимаю, Ада! — повышает голос и следует за мной размашистым шагом. — К чему тогда все это? Ты меня дразнишь, провоцируешь, намеки кидаешь! А теперь убегаешь? Ты уж определись!

А я даже ответит ему не могу, потому что если открою рот, то обратно я его нескоро закрою. И из меня вылетят совсем не слова.

— Ада!

— Пап? — обеспокоенно отзывается из кухни Лиля.

— Твоя мама, похоже, никак не может определиться! Нужен я или нет! Ада, поговори со мной!

Залетаю в туалет, захлопываю дверь перед бледным и разъяренным лицом Матвея и кидаюсь к унитазу.