Твоя вина

Ты же в курсе, что это неправда, – пробормотала она, обнимая меня за шею.

Я неуверенно наблюдал за ней, мне было плевать, что думает Раффаэлла. Однако меня сильно беспокоило, что Дженна не ошиблась. Ноа не в порядке, и она не доверяла мне целиком и полностью. Она не решалась откровенно рассказать о своих проблемах…

Я взял ее руку и осмотрел ссадины на ладошке. Ноа на мгновение опустила взгляд, но ничуть не удивилась. Такое случилось с ней не в первый раз.

– Это из-за меня? – спросил я, отчаянно пытаясь сохранить самообладание, стараясь быть спокойным, чтобы, глядя на меня, Ноа не погружалась в прошлое, наполненное дурными воспоминаниями из детства…

На моем лице по-прежнему оставались синяки, полученные во время драки, когда она была в отъезде. Теперь я превратился в ходячее напоминание о том, что насилие не исчезло из ее жизни. Мне нужно контролировать себя и быть собранным, поскольку я понимал, что сейчас мое присутствие может нанести ей больше вреда, чем пользы.

– Нет, Николас, – сразу ответила она. – Пожалуйста, не обращай внимания, мне просто приснился кошмар и…

– Не просто кошмар, Ноа, – возразил я, сдерживая себя, чтобы не кричать. – Послушай, Рыжая, ты выглядела так, будто тебя пытали… Скажи, что тебе снилось, прошу тебя, я знаю, что страшные сны давно мучают тебя и никуда не делись."

"Ее глаза расширились от удивления. Она встала и отошла на несколько шагов от кровати.

– Неправда, – буркнула она, отводя взгляд.

Я вскочил на ноги.

– Ничего подобного, Ноа! – выпалил я.

Почему она врет?

– Ник! – сказала она, повернувшись ко мне. В комнате сгущалась темнота, но тусклый свет, проникавший через окно, освещал лицо Ноа. – Это не имеет к тебе никакого отношения.

Я хотел верить ей, более того, в глубине души знал, что кошмар связан с тем, что случилось с ней в детстве. Но я думал, что все кончилось со смертью этого сукиного сына, ее отца. Меня угнетало, что призраки прошлого преследовали Ноа. Я шагнул к ней, желая утешить. Она недоверчиво посмотрела на меня, но позволила подойти ближе.

– Рыжая, – начал я, положив руки ей на плечи, – когда будешь готова, я хочу, чтобы ты рассказала мне, – продолжал я (и меня одновременно жутко злило, что этот момент пока что еще не наступил). – Я здесь, рядом с тобой… и мне совсем не нравится видеть тебя такой, Ноа, я хочу знать, что нужно сделать… как тебе помочь, чтобы тебе стало лучше?

Ее глаза опять наполнились слезами. Ноа плакала за последнее время больше, чем я мог вообразить. Раньше она вообще не плакала, и, если честно, я уже не представлял, что хуже.

Я привлек ее к груди и сжал в объятиях. Она была такой маленькой и хрупкой по сравнению со мной… Мне не давало покоя, что ее что-то мучает. Через несколько секунд Ноа отстранилась и положила ладони на мои щеки.