Твоя вина

"

"Когда он умолк, мой мир погрузился в глубокую тьму, мрачную и одинокую… застенки, предназначенные лишь для меня одной. Но я заслужила это, на сей раз действительно заслужила.

Эпилог

Две недели спустя

Шум подъезжающих машин и сильный едкий запах, присущий любой больнице, вызвал у меня тревогу. Я находилась в приемном покое. Мне никогда не нравились медицинские учреждения, и если бы я могла решать, точно отправилась бы куда подальше.

Я села на стул и обхватила колени руками. В последние дни я полюбила эту позу. А когда ложилась в постель, то забиралась под одеяло, закрывала глаза и отправляла разум блуждать по местам, куда бы хотела отправиться и больше никогда не возвращаться. Я до сих пор слышала в голове голоса. Мать требовала от меня ответов, которые я не была готова дать. А Уильям в ярости сообщал, что его сына арестовали за нападение.

Помню, как прибыла на место происшествия. Понадобятся годы, чтобы образ Николаса исчез из моего сознания. Скорая помощь увезла Майкла. Он был весь в синяках. Ник сломал парню два ребра.

Полицейские усадили Николаса в патрульную машину, кровь стекала по его костяшкам пальцев и разбитой губе. Майкл защищался, но этого было явно недостаточно, чтобы противостоять совершенно разъяренному и отчаявшемуся Лейстеру-младшему. Подтолкнула его к этому я, вот моя новая вина.

Дженна и Лион примчались следом за мной. При виде друзей у меня подкосились ноги. Ребята помогли мне: лучшая подруга проводила меня до апартаментов и осталась рядом со мной почти на сутки, ухаживая и ни о чем не расспрашивая. Лион тем временем отправился в участок и позвонил Уильяму.

Еще помню, как Дженна обнимала меня, а я сидела на постели и вытирала слезы. После этого я больше не плакала, поскольку была разбита окончательно: ничто, даже слезы, не могло унять мою боль.

И вот теперь я навещаю человека, который обещал мне помогать, но из-за которого я оказалась полностью сломлена.

Я глубоко вздохнула. Мобильник зазвонил, вибрируя на пластиковом стуле, куда я его положила.

Уилл.

– Его отпустили, Ноа, – объявил отчим, и я вскочила на ноги. – Мне пришлось задействовать все связи, но, похоже, дело сдвинулось с мертвой точки из-за того, что О’Нил снял обвинения… Полагаю, именно тебе удалось убедить его.

Я почувствовала огромное облегчение.

– Он освободился? – спросила я, не в силах поверить.

Уильям промолчал, и я представила его измученное и усталое лицо, тем не менее ему наверняка стало легче: ведь сын не попал в тюрьму из-за падчерицы.

– Да, и очень скоро приедет домой.

Я кивнула, поднося руку ко рту, и плюхнулась на стул. Уилл дал отбой, и мои глаза сфокусировались на противоположной стене.

Я бы никогда не простила себе, если бы Николас угодил в тюрьму из-за меня.