Не твоя семья (СИ)

Егор очень-очень любил сортеры, конструкторы, головоломки — думаю, растет технарь.

— Умничка, — погладила его ручку. Невербально ощущалось, что в ней накопилось много нежности, которую некому отдать: Тимур уже большой, а Виктор Мантуров — ледяная глыба. У меня большие сомнения, что мужчины этой породы умели чувствовать. Надеюсь, мой мальчик не такой. — У меня есть еще подарок.

Ольга Сергеевна поднялась с ковра и подошла к сумке. Достала книгу, но не обычную: пухлую, яркую.

— Смотри, — она надела на него игрушечные очки и открыла ее: на каждой странице объемные иллюстрации, с музыкальным сопровождением, и по восторженным возгласам сына несложно догадаться, что они еще и меняли цвет через очки. — Эта книга Тимура, — пояснила для меня. — Он любил ее. Я сохранила."

"— Пасиба, бабуська, — неожиданно выдал Егор. Свекровь прикусила дрожащую губу. Я не знала, что чувствую. Вероятно, жалость. Виктор Павлович всегда казался слишком властным, жестким, холодным. Я про себя удивлялась, что свекровь прожила с таким человеком всю жизнь. Почему-то Тимур ощущался иначе: со мной он был страстным, нежным, заботливым. Но, возможно, другие видели меня такой же, как свекровь: женщину-тень богатого и влиятельного мужчины.

— Ангелина, ты разрешишь навещать Егора? — Ольга Сергеевна была очень деликатна.

— В принципе да… Но с понедельника у нас садик…

Я была в смятении. Нужно ли подпускать ее близко? Я ни в чем не уверена, в особенности в семье Мантуровых. Сегодня они есть, а завтра объясняй ребенку, куда делась новая бабушка. Кстати, о свекре…

— А Виктор Павлович тоже хочет познакомиться?

Свекровь смущенно отвела глаза. Видимо, нет.

— Нет, не хочет, — вздрогнула, услышав неожиданно близко голос мужа. — Папа решил не становиться дедом, — едко добавил. — Не ожидал тебя увидеть здесь, мама, — Тимур сел на пол и поцеловал мать. — Привет, Егоркин, — поставил перед ним целую коробку киндер-яиц.

Тимур каждый день что-то приносил и все как-то мимо. Я не помогала ему искать ключик. Сам, все сам. Разрушил. Теперь пусть пытается построить.

— Пасивец плисол, — проговорил Егор, но на яйца поглядывал. Молочный шоколад любил и сюрпризы тоже.

— Пасивец? — переспросила свекровь.

— Паршивец, — сухо ответил Мантуров. — Это я.

— Егорушка, — Ольга Сергеевна обняла внука, — это Тимур, мой сынок. Вот ты сынок мамы, правильно? — Егор посмотрел на меня и кивнул очень серьезно. — А Тимур мой сынок. Он хороший и он твой папа.

— Папа-пасивец, — Егор стоял на своем.

— Ну хоть папа, — чуть улыбнулся и попытался погладить его по волосам. Егор недовольно взбрыкнул. Дети очень адаптивные существа, а еще доверчивые и открытые. Но Тимур не мог поладить с сыном. Даже новую бабушку принял на раз-два, и дело не в подарках.