Твоя (не) родная семья (СИ)

— Если не хочешь приодеться, давай мне что-нибудь купим, — предлагает она. — Платье в театр.

— Давай, — улыбаюсь я, зная, что иногда она любит пофасонить перед подругами, нарядно одеться и сходить на спектакль или в музей. — Я дарю, мне как раз аванс перечислили.

Домой возвращаемся с массой покупок. Помимо симпатичного синего платья для мамы в пакетах лежат туфли и газовый шарфик к платью. Как девчонка, мама убегает примерять наряды в комнату. Кто бы мог подумать, что в таком возрасте неожиданные обновки так же радуют, как и в семнадцать.

Жду, пока она примеряет полный комплект в комнате, а самой грустно. Смотрю в окно, за которым сгущается темнота. Мысли о Сеньке — как он там — просто давлю, чтобы не рвать сердце зря.

— Ну-ка посмотри, — мама выходит из комнаты в платье, на каблуках и с шарфиком на плечах.

— Шикарно, — оцениваю я. — И фасон очень идет.

— Правда? — мама польщенно осматривает себя, и подходит к зеркалу.

— Еще как. Все кавалеры будут твои.

— Ой, в моем возрасте это скорее минус, — взмахивает она рукой, хотя глаза горят огнем.

Вместе готовим на ужин пасту болоньезе и легкий салат. Но мама неожиданно сообщает, что договорилась с подругами и убегает, оставив меня ужинать одну. Понимаю, что она хочет похвастаться обновками и не возражаю.

Одной грустно, но я включаю комедию и отвлекаюсь на несколько часов, а затем ложусь спать пораньше. Несколько дней проходят тихо. Давыдов только раз дает задание: собрать статистику, остальное время молчит. Мне кажется, он что-то готовит. Юрист, сделав работу один раз сообщил «Ждем», и замолк. Суд требует времени. Скорее всего, придется уехать, так и не закончив с ним… С другой стороны продолжение борьбы всегда оставляет надежду.

Вечером в воскресенье, когда мама убежала с подругой в театр, как и планировала, раздается звонок. Это слегка настораживает: Игорь затих в последние дни, уж не он ли?

Номер незнакомый.

Поразмыслив, я отвечаю — вдруг по вопросам работы, и не важно, что сейчас воскресенье.

— Камилла Андреева? — спрашивает женский голос.

— Да.

— Добрый день. Вас беспокоят из отдела кадров.

Я сглатываю — снова из компании Давыдова звонят в обход него. То, что это они не сомневаюсь. Слишком самоуверенный голос и непередаваемый флер столичного благополучия.

— Что вы хотели? — пытаюсь перехватить я инициативу.

— Я ничего. А вы?

Она сразу дает понять, что разговор пойдет неофициальный.

Новая попытка меня завербовать?

— Ничего. Я не связывалась с отделом кадров, — отрезаю я, намереваясь положить трубку.

— Вы уже думали, что будете делать после ухода Давыдова из компании? — вдруг спрашивает она и моя решимость распрощаться исчезает.