Твой первый - единственный

Я ощутила слабость в коленях и, если бы не кухонная столешница, на которую опиралась, наверняка бы упала.

– Ч.. что? – глухо произнесла.

– Он парень, и я парень, так в чем разница? – Витя поднялся со стула и подошел ко мне. Он коснулся моих рук, и я вновь почувствовала давно забытую нежность, тепло, от которого в животе пробуждались бабочки.

– Тебя не было… три года в моей жизни.

– Да, и мне искренне жаль, что так получилось. Но сейчас я здесь, Рита.

– Ты… – я смотрела в глаза Вити, в бирюзу, напоминающую море, и не могла понять, как должна поступить в этой ситуации. С одной стороны, рядом снова появился человек, которого я всю жизнь любила и о котором горевала. Вот он, стоит напротив, держит мои руки и предлагает вместе жить. Прямо сегодня, а возможно, и прямо сейчас. С другой – сегодня может закончиться, а что будет завтра? А вдруг ничего не получится? Вдруг мы заблудимся по дороге к нашему счастью? Вдруг оно не настанет?

– Рита, послушай, – наседал Шестаков. – Ты же знаешь, я не обижу тебя и никогда не попрошу большего, чем то, на что ты будешь готова сама.

– Я не могу так, – выпалила, боясь посмотреть ему в глаза.

– Что?

– Я не могу, мы… мы даже на свидание в этом году не ходили. А ты просишь… жить с тобой.

– Ну я же прошу не поэтому. То есть с ним ты можешь жить под одной крышей, а со мной нет, так выходит? – в голосе Вити звучала обида и раздражение. Он напоминал треск, что звучит, когда разбивается посуда. Надломленный. Больше не еденное целое. Сплошные осколки, о которые в любой момент можно поранить кожу.

Я прекрасно понимала его, наверное, об этом попросил бы любой парень. Но кто-то ведь в этой ситуации должен понять и меня? Неужели Витя думает, что за минуту я смогу перечеркнуть свою прошлую жизнь и прыгнуть в омут с головой в новую? Разве это вообще возможно? Разве за секунду поворачивают корабль на триста шестьдесят градусов?!

– Послушай, Дима здесь ночует редко. Он пропадет неделями, а то и месяцами. Я… я знаю, как это выглядит со стороны, но мне сложно сейчас дать тебе ответ. Мне нужно время. Хотя бы немного.

– Вот как? – Шестаков отпустил мои руки и сделал шаг назад. Однако мне показалось, он не просто отступил в физическом смысле, он будто принял решение отойти от меня навсегда.

И мне вдруг стало так обидно, до слез обидно. Значит, настолько я дорога ему? Настолько нужна, что при любой неудобной ситуации, которая пойдет не по его сценарию, Витя просто отступит? Отойдет в сторонку и бросит меня?

– В твоей жизни были девушки, уверена, не одна, – произнесла я бесцветным голосом.

– К чему ты клонишь?

– А в моей никого не было после тебя. Подумай об этом, когда в следующий раз захочешь мне позвонить. А сейчас… – я сглотнула, ощущая, как трясутся губы. Только не заплакать, только не заплакать. – Тебе лучше уйти.