Твой первый - единственный

Считай, тогда и произошел переломный момент, я словно стер морок с глаз, очнулся, вдохнул кислород. Вернулся к учебе, деньги зарабатывал, дядьке помогал, он мне платил не только крышей, но и бумажками.

Через год я все-таки помирился с отцом по воле случая: он к нам в сервис заехал, увидел меня и ахнул. Мы разговорились, я честно признался во всем, стыдно было, что хоть на глаза повязку надевай. Старик обомлел, потом выдал, вздохнув, какой у него сын дурак. Так мы и помирились, я вернулся домой, ушел с автосервиса, перекочевав к отцу на фирму. Но поступок дядьки до сих пор помнил и при каждом удобном случае заезжал к нему, презенты таскал, тем более Леонидыч на себя деньги жалел, все в семью. Но сладкоежкой был тем еще – от конфет никогда не отказывался. Я, в свою очередь, старался его баловать сладостями, правда, всегда брал больше, чтобы и детям его передать. Хороший все-таки он мужик, мало таких, почти не осталось.

– Мне эта вторая поликлиника никогда не нравилась, – донеслось до моего слуха. Я вернулся из воспоминаний, глянув в зеркало заднего вида. Снегирева о чем-то в задумчивым видом размышляла, разглядывая зимние улочки.

– Почему? – спросил Антон у нее.

– Я как-то в школьные годы туда с гастритом загремела, там главврач такая… противная. Я даже фамилию ее запомнила и отзыв потом накатала.

– А как звали? К кому не стоит ходить?

– Вера Григорьевна Гедуева, ужасная женщина, – я резко дал по газам. Леваков аж чуть не вписался в бардачок, хорошо был пристегнут.

– Шест, да ты что сдурел?

– Какая, говоришь, фамилия у главврача? – повысил голос, оглянувшись к Снегиревой. Она испуганно хлопала ресницами. Черт, мои заскоки всех людей вокруг распугают. Да оно вроде как-то само сработало, на автомате дал по тормозам. Хорошо, позади машин не было, иначе точно бы авария случилась.

– Гедуева, – прошептала Юлька.

– Вить, ты нормальный вообще? Юля только от врача! – возмущался Антон. Правда, возмущения его я уже не слушал. Пазл в голове вдруг начал складываться: у Романовой оказался брат, и не просто малой, а больной, нуждающийся в помощи. На учете он стоял в больнице, где главврачом была Вера Гедуева. Нет, я, конечно, полагал, возможно, тут тупо совпадение фамилий, мать Акима так-то я ни разу не видел, имени ее не знал. Чувак вообще не особо распространялся насчет семьи, но по брендовым шмоткам было ясно – при деньгах родичи.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍С другой стороны, по факту это ничего не дает. Если уж я ни сном ни духом о брате Риты, то и Аким не мог знать, да никто не мог. Однако что-то все-таки меня смущало в данной ситуации и неожиданно разбередило старые раны.

02.2

Весь день меня не отпускала мысль о семействе Гедуевых.