Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

Они молоды, свободны и увлечены друг другом. Их притяжение велико, и каждый день приносит новые открытия. Всё, как в юности. С поправкой на наличие у обоих колоссального жизненного опыта.

В конце лета Беата начала работать с иностранными студентами, приехавшими в Варшаву в университет. Им предстояло пройти подготовительный курс, который позволит продолжить дальнейшее обучение на польском языке. Для большинства ребят родным языком был русский. Вот и пригодился опыт общения в клубе у Кирсановых. Там, кстати, никто не собирался расставаться с Беатой. И ждали осени, чтобы возобновить встречи.

У Роберта в начале сентября снова была серия трансатлантических рейсов. Варваша-Париж-Нью-Йорк. И обратно. Его не было дома почти неделю. Зато потом полагались три абсолютно свободных дня.

На воскресенье решили рвануть на машине в Люблин. Красицкие ждали их в гости. Благо туда меньше двухсот километров.

Всю дорогу Роберт держал Беату за руку. Будто боялся, что она исчезнет, как видение.

Рассказывал ей про Красицких. Хотел как-то упредить её реакцию на прямолинейность Алекса. — Понимаешь, он же полукровка. Мама была из Испании. Поэтому он Алессандро. Но все давно зовут его просто Алекс. Он бывает не сдержан на язык. Лепит вслух все, что думает. — Ну, может быть это и неплохо, — осторожно заметила Беата. — Его жена Божена по образованию врач-психиатр. Сейчас, насколько я знаю, работает клиническим психологом. А ещё она отлично готовит. И раскормила Красицкого. В интернате и даже в университете он был длинный и худой. Но пожрать любил всегда. — А ты? Что ты любил?

Этот вопрос сбил Тухольского с толку. Он чуть крепче сжал её пальцы. Беата испугалась, что нечаянно спросила не о том. — А я любил крендели с кунжутом, — после паузы ответил Роберт, — и покупал себе один каждое воскресенье. Красицкий не понимал, почему. Ведь за эти же деньги можно было купить пирожок с картошкой. Он сытнее.

Беата уставилась в окно, чтобы не расплакаться. — А дети? Сколько им? — перевела тему через минуту. — Сейчас старшему десять. Средней значит девять и младшей семь. Они подряд. Не знаю, как Боженка умудряется, но у них в доме порядок, — засмеялся Роберт.

Беата вспомнила дом Орловых, где даже бардак выглядил милым. Но у тех пятеро.

На площади возле Люблинского замка местные бомжи пытались взять хоть немного денег с иностранцев, не читающих по-польски и не сумевших разобраться с единственным паркоматом. Пожилая пани в шляпке и кружевных перчатках кормила голубей.

Мальчишки носились на скейтах. Невеста с женихом фотографировались на зелёном газоне возле большой лестницы.

Беата залюбовалась молодожёнами. Такие красивые и счастливые. Глаз не оторвать. — Принцесса, самая красивая женщина в этом городе — это ты.