Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

Коробочка известного ювелирного бренда. Внутри цепочка с кулоном в виде ангела. Необыкновенная детская музыкальная каруселька. И набор оловянных солдатиков. Прямо на деревянной коробке было написано: "Мой дорогой мальчик, это тебе от деда".

Леслав Зимовский был трудным ребёнком. На Беату информация о том, что с её ребёнком "не так" сыпалась как горох. У мальчика были неврологические проблемы. Тонус мышц. В роддоме они оба исхитрилась подхватить стафилококковую инфекцию. И если бы не врач-педиатр из советского посольства, с которой Беата познакомилась случайно в магазине, она сбилась бы с ног.

Ей почти двадцать. А у неё уже на руках малыш. Мужа дома часто нет. Первый секретарь — должность разъездная. Мама смогла приехать только на первые две недели.

Збигнев смотрел на свою юную жену и поражался. Эта хрупкая девочка оказалась сделана из железо-бетона. Она кормила грудью по требованию. Хотя врачи старой закалки говорили, что это нужно делать только по часам. Она нашла специалиста по детскому массажу. И таскала к нему Леслава через весь город. Капала какое-то растительное средство по часам, чтобы не давать ребёнку тяжёлые лекарства от стафилококка. Укачивала, кормила, стирала, убирала, готовила. Не помня себя. Не замечая времени.

Збигневу оставалось только гулять с коляской, когда он в городе. Он честно старался вставать к сыну по ночам. Но маленький Лешек требовал маму. Зато уложить спать сына лучше всего получалось именно у папы. В такие моменты Беата прижималась к мужу всем телом, вставала на носочки и шептала: "Ты чудо! Самый лучший папа на свете!". И Збигневу становилось тепло на сердце. В тридцать пять лет он получил всё то, от чего сначала бежал, а после стремился всей душой. Его собственный мир.

В декабре восемьдесят третьего все послы были отозваны в Варшаву для консультаций. В Польше было введено военное положение. Первые секретарь остался за посла. Первых шагов сына Збигнев не видел. От этого события остались только фотографии. Непонятно, когда Беата успевала ещё и фотографировать.

А ей казалось, что время утекает сквозь пальцы. Нельзя, нельзя останавливаться. Вот только недавно все пальчики сына умещались на одной фланге её пальца, а вот теперь он топает своими ногами. А ведь ему всего десять месяцев. Он забавно пританцовывает, стоит ему услышать музыку. Машет ладошкой в окно, когда они провожают папу на службу. Деловито ест ложкой суп, стуча ею об первые зубы.

После возвращения посла стало ясно, что Зимовские едут в Варшаву. Будет большая кадровая перестановка.

На первое время остановились в огромной квартире родителей Збигнева. Зимовские старшие тоже приехали из Мадрида. Беате было страшно неуютно. Целый день она не могла расслабиться ни на мгновение.