Какого цвета убийство?

Словно у Хельмарка мало было забот в этот день. Как и в любой другой.

– Поздравляю, – ответил он.

– Я готовлю дело против вас лично в связи с тем, что вы своими непрофессиональным действиями вызвали смерть ее мужа.

Адвокат говорил нарочито громко, чтобы его смелые обвинения эхом разносились по коридорам управления.

– Вы прекрасно знаете, что нельзя возбудить уголовное дело против отдельного полицейского как частного лица. Идите и не мешайте мне делать мою работу.

– Я рассматриваю возможность возбуждения именно уголовного дела. Не административного.

– А я тем временем пойду и найду убийцу Рогера Аксберга.

Магнус Одебьер выпятил подбородок.

– Насколько я понимаю, вы мало что можете сделать для следствия.

«Тогда нас двое», – подумал Хельмарк.

Сделав шаг вперед, он встал на расстоянии двадцати сантиметров от адвоката.

– Послушай меня. Если через пять секунд ты не исчезнешь, я арестую тебя за противодействие следствию. Серьезное преступление. После этого у тебя будет масса времени подготовить все что угодно.

Адвокат поправил очки в золотой оправе, на которых остался след от близкого дыхания комиссара, и нервно сглотнул.

– Я могу расценивать это как угрозу?

Габриэль Хельмарк развернулся и пошел прочь. Если он еще раз откроет рот, у него может вырваться нечто не совсем пристойное. Чертов адвокатишка.

Фредрик еще даже не закончил выжимку из первого раунда интервью. Так много заметок и аудиозаписей, столько впечатлений… На то, чтобы все это хотя бы упорядочить и разложить по полочкам, требовалась масса времени. Сейчас весь материал лежал у него на столе, сваленный в одну кучу: блокноты, распечатки, записи от руки… Хаос.

Странное дело – договариваясь со Свартлингом о том, что все это он сделает за месяц, Фредрик и не подумал возразить.

Тридцать дней. Четыре недели. Времени – вагон и маленькая тележка! Первая семидневка пронеслась со скоростью света. Все еще куча времени, успеется. И вдруг осталось уже две недели. А тут еще вся эта предрождественская суматоха!.. Фредрик был так удивлен, что наступила середина декабря, как будто предсказать это было невозможно, точно снег в июле. На праздниках он решил, что эта пора дана человеку, чтобы отдыхать и проводить время с семьей. Пить и гулять. Сам Иисус поддержал бы его в этом!

После Рождества он застрял.

И сегодня вечером ему стало очевидно: придется позвонить Свартлингу и попросить отсрочку. По условиям контракта, первая часть уже должна была быть готова. Но отведенного времени не хватило. Ну и что в этом такого? Ведь он не единственный человек на свете, не выдержавший дедлайн. Весь вечер перед новым годом Фредрик просидел за письменным столом, пытаясь закончить начальные сто страниц, но это оказалось непросто.