Цинковые мальчики

Согнув руки в локтях, поднимает ладони к небу. Все, и мы тоже, повторяем за ним эти движения. После муллы выступает товарищ Лагман. С очень длинной речью. Это одна из особенностей афганцев. Говорить могут и любят все. В лингвистике есть термин - эмоциональная окрашенность. Так вот у афганцев речь не просто окрашена, а раскрашена метафорами, эпитетами, сравнениями. Афганские офицеры не раз высказывали мне свое удивление тем, что наши политработники проводят занятия по бумажкам. На партийных собраниях, заседаниях, активах афганцев я слушал наших лекторов с теми же бумажками, с той же лексикой: "в авангарде широкого коммунистического движения", "быть постоянным примером", "неустанно претворять в жизнь", "наряду с успехами имеются некоторые недоработки" и даже "некоторые товарищи не понимают". К моему приезду в Афганистан митинги, вот такие, как наши, давно стали обычной принудиловкой, народ собирался, чтобы попасть на медосмотр или получить кулек муки. Исчезли овации и дружные выкрики "заидо бод" - "да здравствует!" с поднятыми вверх кулаками, которыми неизменно сопровождались все выступления в те времена, когда народ еще верил в то, в чем его пытались убедить, - в сияющие вершины Апрельской революции, в светлое будущее.

Бачата выступления не слушают, им интересно, какой будет фильм. У нас, как всегда, мультфильмы на английском и два документальных на фарси и пушту. Здесь любят индийские художественные фильмы или картины, где много драк и стреляют.

После кино раздача подарков. Мы привезли мешки с мукой и детские игрушки. Передаем их председателю кишлака, чтобы разделили между беднейшими и семьями погибших. Поклявшись публично, что все будет, как положено, он вместе с сыном стал таскать мешки домой.

- Как ты думаешь, раздаст? - обеспокоился командир отряда.

- Думаю, что нет. местные подходили и предупреждали, что нечист на руку. Завтра все будет в дуканах.

- Всем по ленточке. Приготовиться к движению.

- 112-й к движению готов, 305-й готов, 307-й готов, 308-й...

Бачата сопровождают нас градом камней. Один попадает в меня. "От благодарного афганского народа", - говорю я.

Возвращаемся в часть через Кабул. Витрины некоторых дуканов украшены надписями на русском: "Самая дешевая водка", "Любые товары по любой цене", "Магазин "Братишка" для русских друзей". Торговцы зазывают по-русски: "батник", "варенка", "сервиз "седой граф" на шесть персон", "кроссовки на липучках", "люрекс в бело-голубую полосочку". На прилавках наша сгущенка, зеленый горошек, наши термосы, электрочайники, матрацы, одеяла...

Дома чаще всего мне снится Кабул. На склонах гор висят глиняные домики... В них зажигаются огни... Издали кажется, что перед тобой величественный небоскреб. Если бы я не был там, то не сразу догадался бы, что это всего лишь оптический обман...