Цинковые мальчики

Один мне признался: "Если бы я знал, что мне ничего не будет, мог бы человека убить. Просто так. Ни за что. Мне не жалко". Был Афганистан, теперь его нет. Не будешь всю жизнь молиться и каяться... Я жениться хочу... Сына хочу... Чем быстрее мы замолчим, тем лучше для всех. Кому эта правда нужна? Обывателю! Чтобы он плюнул нам в душу: "Ах, сволочи, там убивали, грабли, и здесь им льготы?" И мы одни останемся виноватые. Все, что пережили, будет зря.

Зачем-то же все это было? Зачем?

В Москве на вокзале пошел в туалет. Смотрю: туалет кооперативный. Сидит парень, рассчитывает. Над головой у него вывеска: "Для детей до семи лет, инвалидов и участников Великой Отечественной войны, воинов-интернационалистов - вход бесплатный".

- Это ты сам сообразил?

- Да, сам. Предъяви документ и проходи.

- У меня отец всю войну прошел, и я два года чужой песок глотал, чтобы у тебя помочиться бесплатно?

Такой ненависти, как к этому парню, у меня в Афгане ни к кому не было... Решил нам заплатить..."

Старший лейтенант, начальник расчета.

"Прилетела в Союз в отпуск. Пошла в баню. Люди стонут на полках от удовольствия, мне показалось - стоны раненых.

Дома скучала по друзьям из Афганистана. А в Кабуле уже через несколько дней мечтала о доме. Родом я из Симферополя. Окончила музыкальное училище. Счастливые сюда не едут. Здесь все женщины одинокие, ущемленные. Попробуйте прожить на сто двадцать рублей в месяц - моя зарплата, когда и одеться хочется, и отдохнуть интересно во время отпуска. Говорят: за женихами, мол, приехали? Мне тридцать два года, я ода.

Тут узнала, что самая жуткая мина - "итальянка". Человека после нее в ведро собирают. Пришел ко мне парень и рассказывает, рассказывает. Я думала, он никогда не остановится. Я испугалась. Он тогда: "Вы извините, я пошел..." Незнакомый парень... Увидел женщину, захотел рассказать... У него на глазах друг в разделанную тушу превратился... Я думала, он не остановится. К кому он пошел?..

У нас тут два женских общежития: одно прозвали "Кошкин дом" - там живут те, кто два-три года в Афганистане, другое "Ромашка", там новенькие, еще как бы чистенькие: любит, не любит, к сердцу прижмет, к черту пошлет. В субботу - солдатская баня, в воскресенье - женская. В офицерскую баню женщин не пускают... Женщины грязные... И эти же офицеры обращаются к нам за одним... На стенках фотографии детей, жен... Они нам их показывают...

Начинается обстрел... Эрес летит, этот свист... Внутри что-то обрывается... Болит... Ушли на задание два солдата и собака. Собака вернулась, а их нет... Тут все воюют. Кто ранен, ко болен. Кто в душу ранен. Целых нет. Начинается обстрел... Мы бежим в щели прятаться... А афганские дети пляшут на крышах от радости. Тут нельзя целым остаться... Везут нашего убитого. Дети танцуют и поют. Мы им подарки в кишлаки привозим...