Цель

Когда мы с ней познакомились, я не знала, что думать. Звать доктора по имени казалось мне странным, непрофессиональным с ее стороны или типа того, но теперь я уверена: эта женщина знает свое дело. Ей слегка за тридцать, и она не порет чушь, что мне особенно нравится.

– Итак, папочка тут говорит, вы спорили о том, стоит ли узнавать пол ребенка, – поддразнивает она, когда я вхожу.

– Папочка был упрям, – ворчу я.

Такер раскрывает рот от удивления.

– Не-а. Это мамочка – упрямица, которая не любит сюрпризы.

Я провожу рукой по выпирающему животу, который стал заметен за прошедший месяц.

– Это для тебя недостаточный сюрприз? – спрашиваю я.

Доктор Лаура фыркает и смотрит на папку с файлами в руке.

– Предатель, – шутливо говорит он, глядя на меня.

– Я хочу знать, – обращаюсь я к врачу, а затем киваю Такеру. – Ты можешь выйти из комнаты, папочка.

– Не-а, я передумал. Хочу знать.

Я беспокойно смотрю на него.

– Ну, тогда ладно. Выкладывайте, – говорю я врачу.

– Поздравляю! У вас будет девочка.

– У нас будет девочка, – выдыхаю я, оборачиваясь к Такеру.

Взгляд у него почти благоговейный.

– У нас будет девочка, – шепчет он.

Доктор позволяет нам принять эту новость, а затем, прокашлявшись, продолжает:

– В целом все выглядит отлично. Ребенок здоровый, сердечный ритм уверенный и ровный. Продолжайте принимать витамины, старайтесь не перенапрягаться, увидимся через четыре недели.

У двери она задерживается и подмигивает Такеру.

– Касаемо того, о чем вы спрашивали: все функционирует как обычно.

Как только она выходит, я хмурюсь, глядя на него.

– О чем ты спрашивал?

Он загадочно пожимает плечами.

– Просто вопрос отца. – Он берет меня за руку. – Пошли. Хочу показать тебе кое-что, прежде чем отвезу домой.

– Разве мы не установили, что я не люблю сюрпризы?

– Поверь, этот тебе понравится.

– Что мы тут делаем? – спрашиваю я через пятнадцать минут, оглядывая улицу, на которую только что повернул Такер. Район кажется недостроенным. Он расположен всего в пяти минутах от моего дома, поэтому, конечно же, неудивительно, что вид у него не ахти.

– Терпение, – говорит он с упреком, паркуясь у обочины десятиэтажного кирпичного дома.

Я собираю все оставшееся терпение и жду, когда он откроет мою дверь. Этот парень не позволяет мне открывать дверь машины. Как будто не понимает, что у меня тоже есть руки.

Когда мои туфли без каблуков опускаются на тротуар, Такер берет меня за руку и ведет ко входу в здание. В голове возникает миллион вопросов, но я знаю: он не ответит на них – и послушно иду за ним в узкий холл с маленьким лифтом. Мы поднимаемся на самый последний этаж, проходим по небольшому коридору и останавливаемся у квартиры 1 °C.

Такер достает из кармана связку ключей и открывает дверь.