Трудовые будни барышни-попаданки 5

Зато через два дня у нас появились десять агентов влияния, мечтавших побывать у нас еще раз.

Иногда царевич приезжал с отцом, чаще без. И оставался на неделю-другую. Как шутил Михаил Палыч, «Николя отдал сына в корпус Орловой-Шторм».

Конечно же, гость не столько развлекался, сколько учился. В индивидуальной группе с Сашей и Алешей. Естественные науки — череда физических и химических опытов. Даже на уроке истории можно и подержать в руках меч эпохи Каролингов, и увидеть, как создавали средневековые витражи в соборах.

И все же главным были не знания и показательные опыты. А общение с помощниками этих рукотворных чудес — моими учениками. И даже ученицами. Они относились к цесаревичу без фамильярности, панибратства, но и без раболепия. Не скрывали, что знают и умеют больше, чем он. И царевич видел: для них учеба — не утомительная нагрузка, а радость. И понимал, что ему предстоит управлять сильными, свободными людьми…

Первый шаг на пути к будущему сделан. И это не власть придержать за хвост нынешнего царя, не давая разгуляться «палочнику». Это воспитание того, кто придет следом. Кому предстоит вести отечество во времена гораздо более стремительные и трудные. И мы сделаем все, чтобы Александр справился.

И все же. Какое счастье, что папенька позавчера затребовал сына в Петергоф.

Так что сегодня — никого чужого. Все свои, все, кто меня принял, кто помогал. Иногда обманывал, даже предавал. Был прощен и доказал — не зря.

Например, Ванька, тот самый симпатяга-швейцар, что когда-то в Голубках совершил самую серьезную пакость из возможных. Тоже участник калифорнийской экспедиции. Ему был доверен отдельный участок, и он с землекопами — индейцами мивоки за день накопал пять пудов золотых слитков, больше, чем любая другая группа.

Вот Севастьян — простой мужик, которого мне пришлось отбивать у картежников на уже не существующей Макарьевской ярмарке. В Калифорнии вместе с геологом из Горного института он нашел каменный уголь. И продумал-организовал доставку к плавильному заводу, чтобы зря не гонять груженых мулов.

А вот Настя, моя верная спутница, доставившая мне пять лет назад не очень приятное переживание. Стоит в уголке со своим супругом. Иван оказался очень дельным парнем и своеобразно «отомстил» Настюше за ее отъезды со мной — тоже отпросился в Калифорнию. Правда, теперь ему налаживать отношения с дочкой Машенькой. Пока Машеньке интересней живой опоссум, привезенный отцом, чем бородатый незнакомец.

На диванчике — старая, подслеповатая Павловна. Вот давно пора объявить конкурс в Медицинской академии на лечение катаракты. Чтобы верная нянька не скучала, с ней говорит Степа — поясняет, для чего была нужна поездка в Калифорнию.