Тайные тропы

Гестаповец непонимающе посмотрел на него:

— Я и мои друзья — работники Юргенса, у нас нет никаких документов, — пояснил Никита Родионович.

— Об этом должен был позаботиться Юргенс, — ответил гестаповец, — и если не позаботился, значит, считал излишним или нежелательным наличие у вас иных документов.

— Но Юргенса нет в живых, а времена изменились, — старался оправдать свою точку зрения Ожогин.

— Что вы этим хотите сказать? — зло спросил гестаповец.

— Без документов мы лишены возможности вообще находиться в городе, нас могут в любую минуту арестовать военные власти...

Гестаповец поднялся с кресла и пристально посмотрел на Ожогина.

— Арестовать... — повторил он медленно и, будто что-то обдумывая, снова сел, порылся в бумагах. На лице его заиграла едва уловимая злорадная улыбка.

Неожиданно зазвенел телефон. Гестаповец, как показалось Ожогину, испугался звонка. Он дрожащей рукой поднял трубку, приложил к уху.

— Я... Да... Заканчиваю... — Лицо его покрылось бледностью. — Уже сейчас? — спросил он растерянно и, положив трубку, мутными глазами уставился на Ожогина, словно не соображая, зачем он тут. Потом он медленно подошел к двери, распахнул ее и громко крикнул в коридор: — Мейер!

Не дожидаясь, пока кто-нибудь отзовется, он вернулся к столу и стал собирать бумаги. Делал он это вяло, как будто не знал, куда что положить.

Вошел унтер-офицер низенького роста, с круглым бабьим лицом и высокой талией и, вытянувшись, доложил о себе.

— Машины готовы? — спросил гестаповец.

— Если в первой есть место, посади этого. — Он доказал на Ожогина. — По группе «Б». Понял?

Унтер-офицер утвердительно кивнул головой и подошел к Ожогину. Не понимая, что происходит, Никита Родионович обратился к гестаповцу:

— Это недоразумение, я настаиваю, чтобы меня выслушали...

— Веди! — коротко бросил гестаповец унтер-офицеру.

Тот крепко схватил Ожогина за руку.

— Моя просьба в интересах разведки, — продолжал Никита Родионович.

— Все к дьяволу! — выругался гестаповец. — Веди!

Унтер-офицер потянул Ожогина к двери и бесцеремонно вытолкнул в коридор. Не выпуская руки Никиты Родионовича, он повел его к выходу во двор. Здесь стоял дежурный. Унтер-офицеру пришлось объяснить, что человек, которого он сопровождает, по распоряжению старшего следователя Лемана должен быть отправлен в первой машине. Дежурный ничего не сказал и пропустил их. Они очутились во дворе.

Никита Родионович увидел темносерые кирпичные стены и множество маленьких окон с решетками. Двор был асфальтирован, во всех углах стояли автоматчики. В центре находилась вышка с пулеметной установкой. Около нее с заглушенными моторами стояло несколько закрытых машин. Дверца одной из машин была открыта. Два гестаповца стояли тут же и о чем-то тихо разговаривали.