Тропа желаний

Кто знает, может, ее проклятие исполнилось? Иначе как объяснить, что Темур – здоровый пятидесятилетний мужчина, любивший выпить, поесть, погулять, – вдруг начал таять на глазах. Сначала похудел на тридцать килограммов, и люди перестали его узнавать. Он вдруг превратился в свою бледную тень. Такую бледную, что ужас брал. Не человек, а призрак остался. Нина же не поседела, чего от нее все ожидали: муж так болеет, что не жилец. Не перестала ходить на работу, что тоже все ожидали: какая работа, когда муж при смерти? Она будто воспрянула, стала хорошо выглядеть, казалось, помолодела и зарядилась жизненной энергией лет на десять вперед. Изводила всех соседей, которые все еще рисковали зайти на почту и отправить открытку или письмо, чтобы правильно писали цифры индекса. По черточкам! Для чего они нарисованы? Не для красоты же! Придиралась, если на конверте пятно появлялось. В кабинке межгорода говорили чересчур громко, с точки зрения Нины, конечно же, – она больше не соединяла. Не любила, когда орут на всю почту, мешают. А то, что связь плохая, так все равно не надо кричать.

– Нина, у тебя почта или библиотека? – возмущались соседи. – Это в библиотеке надо тихо, а на почте как говорить, если ты але, але, а тебя не слышат!

Если кто-то говорил тихо – Нина тоже соединяла через раз. Потому что не слышала, что обсуждают, и приходилось прислушиваться. Интересно ведь! Телеграммы она вообще какие хотела, такие и отправляла. У Мадины родился долгожданный сын, так Нина отправила телеграмму – «жив, больница». Вот и что думать родственникам после такого сообщения? Что Мадина родила богатыря? Нет, конечно. Родила еле живого младенца, и теперь неизвестно, выходят его врачи или нет. Хотя Мадина родила именно богатыря-мальчика, четыре килограмма двести граммов веса. А в больнице оставили Мадину, которой смазывали швы после разрывов. Сама рожала, без кесарева. Опять все родственники съехались, не зная, во что наряжаться. Нина радовалась, что своими телеграммами могла собрать всю родню. А родня не очень радовалась, потому что сильно нервничала, пока ехала, не зная, чего ожидать.

– Не иначе как все оставшиеся соки из бедного Темура выпила, – судачили тем временем в деревне. – Тираном стала!

– Ой, она же не демон какой, – отвечали другие, – зачем демон будет вселяться в такую злую и неумную женщину?

Про вампиров, пьющих кровь и соки из живых людей, в те годы еще не слышали, а в демонов, колдовство и заговоры верили почти все женщины.

– Кто знает, на заговор любой дуре ума хватит, – отвечали те, кто верил в потусторонние силы.

Так или иначе, Темур вскоре умер. Нина же продолжала ходить на работу как ни в чем не бывало. Даже косынку черную на голову не надела. Говорила, не положено на работе.