Троя. Пепел над морем

И ни Дардану, ни Трое в новой войне не устоять. Ахейцы пришли и ушли, а переселенцы из Фракии будут искать себе земли для новой жизни. Мне нужны хорошие кони и мулы. Много! Там, куда уйдет мой отец, лучшие травы и полноводные реки. Через пять лет мы создадим такое войско, что никакое вторжение будет не страшно. Конные патрули будут беречь наши берега. Ни одна лодка не причалит без моего позволения, и ни один человек не ступит на наши берега. Только так мы сможем спастись.

— Те конные лучники? — задумчиво произнес Антенор. — Да, если их будет много, это серьезная сила. Я сам смотрел со стены, как вы били ахейцев. Удивительно, как никто не додумался до этого раньше. Просто ведь.

— Что будет со мной, моими дочерями и внуками? — спросила вдруг Гекуба.

— Ничего не будет, — пожал я плечами. — Ни с тобой, ни с потомством царя Париамы и его сыновей. Никого не станут убивать или ссылать, если ты имела в виду это. Его дочерей и внучек, вошедших в положенный возраст, выдадут замуж за достойных людей. Но здесь они не останутся. Всех жен, дочерей, снох и внуков царя Париамы я заберу с собой.

— Зачем? — Гекуба вышла из оцепенения и даже вперед наклонилась, впившись в меня острым взглядом.

— Мне не нужны смуты и возня за спиной, — честно признался я. — Матери будут плести интриги, подкупать здешнюю знать и лелеять мысль о том, что именно их дитятко достойно трона. А раз так, то мятеж неизбежен. И тогда мне придется перебить свою родню и племянников собственной жены. И, скажи на милость, дорогая теща, зачем мне допускать это?

— Но мы принесем клятвы… — нерешительно произнесла она.

— Забудь! Будет так, как я сказал! — оборвал я тещу и увидел, как в глазах Антенора заплясали веселые бесенята. Он явно наслаждался ситуацией, много лет мечтая поговорить с всесильной царицей так, как я сейчас.

— Да как ты…! — Гекуба задохнулась от возмущения, но Гелен, сидевший рядом с рассеянным видом, положил руку на ее плечо.

— Он прав, мама! Прекрати!

— И ты с ним заодно! — Гекуба резко повернулась, вновь облив сына презрением. — Слабак! Трус! Мои сыновья погибли как воины, только ты остался! Самый никчемный из всех!

— Он прав, — мягко ответил Гелен. — Новой войны нам не выдержать. Не фракийцы, так мушки придут сюда. Кто защитит нас? Я много лет наблюдал, как ты воевала с другими женами отца. Склоки у трона неизбежны, и кто-то из цариц непременно захочет вернуть независимость Вилусе и править при малолетнем сыне. Или внуке…

— Ты на что намекаешь? — зло посмотрела на него Гекуба.

— Мы не станем обсуждать это дальше, царица, — оборвал ее я. — Решение принято. Твой сын умен, и за это я ценю его. Он займет высокое положение в новом царстве. А вы вместе с семьей покойного царя поедете со мной. Собирайте вещи и рабов. Не больше пяти на каждую из жен.