Троянская тайна

Она вдруг поняла, что, если понадобится, воспользуется им без колебаний – просто направит ствол в нужную сторону и спустит курок, а там будь что будет. Сиверов прав: стреляя в человека с расстояния в полтора-два метра, промахнуться практически невозможно...

О том, что убийца с перебитым носом может выстрелить раньше, Ирина даже не подумала. Вернее, подумала, конечно, но как-то вскользь, мимоходом, и мысль эта не показалась ей заслуживающей внимания. Ну выстрелит... Ну и что? Разъезжая по городу на своей "хонде", она каждый божий день рисковала ничуть не меньше, а может быть, и больше, чем сейчас. Разница заключалась лишь в том, что тот риск был ей привычен, а привыкнуть лезть под пули ей еще только предстояло.

Она остановилась в густой тени "ракушек", вдыхая запахи пыльного асфальта, пролитой солярки и мочи, не зная, на что решиться, как вести себя дальше. Ей вдруг подумалось, что она ошиблась: возможно, девушку никто не собирался убивать и здесь, у подъезда, происходил разговор двух сообщников. В таком случае ей оставалось только порадоваться своей удаче. Вот только очень уж хорошо и гладко все совпало... Подумав, Ирина решила, что такие совпадения случаются только в кино; и стоило только ей прийти к этому выводу, как в руке у водителя "опеля" маслянистым блеском сверкнуло лезвие ножа.

Ирина подняла пистолет и шагнула вперед, собираясь закричать, а может быть, и выстрелить, но тут передняя дверь черного "БМВ" распахнулась, и на асфальте выросла еще одна темная фигура, заслонив от нее тех, что стояли на освещенном пятачке у подъезда.

Человек стоял к ней спиной, и лица его Ирина не видела, но голос был ей хорошо знаком, хотя раньше она никогда не слышала металлических ноток, которые звучали в нем сейчас.

– Кончай придуриваться, Бура, – сказал Глеб Сиверов, и Ирина отчетливо услышала щелчок взведенного курка. – Брось перо и садись в машину.

Ирина опустила пистолет, чувствуя себя полной идиоткой. Это было подстроено, подстроено нарочно, подстроено с самого начала и до конца; это была ловушка, в которую кандидат искусствоведения Ирина Андронова чуть было не влетела вместе с человеком по имени Бура. Для кого была приготовлена эта ловушка, сомневаться не приходилось. Если бы Сиверов или Потапчук высказал ей свои подозрения словесно, она, пожалуй, расхохоталась бы в ответ, а то и съездила бы кому-нибудь по физиономии – кто под руку подвернулся, тот и схлопотал бы. Видимо, потому они ей ничего и не сказали, что заранее предвидели ее реакцию... Или на то были иные, куда более веские причины?

Ирина с трудом подавила желание изо всех сил хватить себя по лбу рукой с зажатым в ней тяжеленным пистолетом.