Елена Троянская

Вот и Скейские ворота, сбоку от них — Большая башня. Темно и тихо, ни души. На посту ни одного часового. Неужели часовые тоже напились до потери сознания? Горе Трое, если так.

Огромный деревянный засов на месте. Но некому защитить его. Хоть бы в башне были люди! Я колотила в дверь, но никто не отозвался, не открыл.

Та самая башня, в которой Гектор прощался с Андромахой, завещая ей быть мужественной. В первый раз я порадовалась тому, что Гектора нет в живых и он не видит этого позора. Часовые покинули пост! Какой смысл в том, что люди доблестно погибали в сражениях, если город будет сдан врагу из-за беспечной халатности?

Из темноты вышел человек, но не троянец: тот обратился бы ко мне «царевна Елена». Так запросто мог назвать меня только грек.

Значит, они уже у ворот. Замешкался один Менелай. Это был Аякс, отвратительный Малый Аякс.

— Не трудись, их уже не разбудишь. Когда мы пришли, часовые спали. Мы помогли им уснуть вечным сном, — сказал он, и его лицо изобразило подобие улыбки. Он сделал выпад вперед, схватил меня и сказал кому-то из товарищей: — Эй, держите ее! Подарок Менелаю.

Необычайно мускулистый и необычайно молодой юноша положил руки мне на плечи.

— С удовольствием, — улыбнулся он. — Разве можно держать Елену без удовольствия?

— Так получи удовольствие по полной, — рассмеялся Аякс. — Кто скажет Менелаю? А ей он не поверит. Все знают, что она лгунья и предательница.

Юноша отвел меня в сторону. За моей спиной переговаривались греки, послышался скрежет вынимаемого засова. Со скрипом раздвинулись створы ворот.

Ворота открыты. Открыты. Троя погибла! Я закричала; юноша дотронулся до меня:

— Поздно. Все равно ты ничего не смогла бы поделать.

В отличие от Менелая и Аякса он был до смешного почтителен со мной. Его руки дрожали, когда он держал меня, и ни разу он не отважился меня толкнуть.

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Какая тебе разница? — ответил он, но я почувствовала, что мой интерес ему приятен.

— Отблагодарю тебя за доброе отношение, если буду у власти.

— Ты никогда не будешь больше у власти. Твоя власть кончилась. Вместе с Троей.

— А если нет? — настаивала я, не отступаясь. Я хотела переманить его на свою сторону: больше мне среди греков рассчитывать не на кого.

— Это так. Твоя власть рухнула в тот самый момент, как тупые троянцы втащили коня в город.

— Кончилась моя власть или нет — решать Менелаю.

— Менелай ненавидит тебя. Он собирается убить тебя, он говорил нам. И он сделает это, как только увидит тебя.

— Мы уже виделись с Менелаем, — рассмеялась я, и юноша вздрогнул, услышав мой смех: он не соответствовал данному моменту. — Как видишь, я жива.

Я повернулась к свету, чтобы был виден мой нос.

— Он ударил меня, только и всего, но принял обратно. Он не причинит мне вреда, раз любит.