Елена Троянская

Башня. Большая башня. Она выглядела среди прочих, тоже немаленьких, как великан.

— Бесконечноверхие башни Илиона… — произнесла я.

— Что? — Парис недоуменно посмотрел на меня. — Бесконечноверхие башни?..

— Не знаю, почему эта фраза вертится у меня в голове.

И ведь уже не в первый раз: «И запылают бесконечноверхие башни Илиона». Затем последовали другие слова, они наплывали издалека, из будущего, как это порой бывало. Я затрясла головой, отгоняя их. В голове сменяли друг друга картины горящего города, неба, затянутого дымом, звуки плача. Наяву же перед глазами возвышалась башня, неколебимая, освещенная солнцем, над которой кружили стаи птиц.

— Ты взволнована, — сказал Парис. — Переживаешь из-за царя и царицы. Не надо, прошу тебя.

Пусть лучше думает, что дело в этом. Все равно я не могла бы ни описать, ни объяснить своих видений, которые внезапно родились в сознании.

— А Калхас… — начала было я.

— Самодовольный предсказатель, — перебил Парис. — Я же говорил тебе, в Трое их полно.

Он повернул к восточному склону; ворота с этой стороны были замаскированы в стене и почти не видны.

— Эта часть стены — наша главная гордость, — пояснил Парис. — Она самая новая, сложена из превосходного камня. Западная часть стены самая старая и не такая прочная. Мы хотим укрепить ее, но совет старейшин против. Ты знаешь, как упрямы бывают старики. Если дело не имеет сиюминутного значения, они не считают нужным о нем беспокоиться.

— Но разве царь не может поступить, как сам считает правильным?

Такие порядки удивляли меня.

— В принципе, может. Но он привык слишком считаться с советом старейшин. Он и сам очень стар, как ты заметила, — рассмеялся Парис и подстегнул лошадей.

Солнце стояло в зените, подсвечивая стены особым образом.

— Эти стены выглядят по-разному в зависимости от времени дня, — заметил Парис. — Красивее всего они на восходе, когда тени резче.

За поворотом открылась другая башня, сразу за восточными воротами.

— Это водонапорная башня. Под ней находится наш главный колодец, к нему ведет лестница, вырубленная в камне. Никакой враг не сможет лишить нас подачи воды, и нам не нужно покидать город, чтобы добыть ее.

— А как же жители Нижнего города?

— В их распоряжении родники и Скамандр.

— Но ведь враг может захватить родники и Скамандр.

— Да, к сожалению. Но люди могут бежать к соседям и там спастись. У нас множество союзников. Дарданцы и фригийцы всегда готовы прийти на помощь.

— А если враг нападет и на союзников?

— Зачем так мрачно смотреть на жизнь? Это маловероятно. Враг приходит, нападает, уходит. Войско не стоит лагерем в поле: это невозможно, для этого нужны огромные запасы продовольствия и жесточайшая дисциплина. А того, кто задержится, прогонит прочь троянская зима.