Елена Троянская

 — По материнской линии. Феникс — наш общий предок.

— Что это значит? — Гекуба нахмурилась.

Я была готова к ответу. Не зря я готовилась к встрече и расспрашивала Париса с Энеем.

— Агенор — отец Кадма, Феникса и Европы. Мне рассказывать подробно обо всех нитях, которые связывают тебя, царица, и мою мать Леду? Я могу, только это займет много времени.

— Не надо, — оборвала она. — Я знаю это не хуже тебя.

Наступило минутное молчание. Облачка дыма клубились над курильницей.

— Итак, Парис нашел себе жену, — прервал молчание Приам. — Мы уговаривали его жениться. Он выполнил наше желание. Он жил с Еленой как с женой, не скрываясь от людей. Они дали клятву богам. Того, что сделано, не переделаешь. Елена связана с нашим домом родством, хоть и дальним. Мы должны… Ох! Принять ее как дочь.

Я склонила голову в поклоне.

— Эта дочь представляет опасность для нашего рода, — заявила Гекуба. — Я считаю, что брак должен укреплять род, а не угрожать его существованию.

Она повернула ко мне суровое лицо.

— Посланцы твоего мужа, моя госпожа, требовали, чтобы тебя вернули. Мы ответили, что ничего не знаем о твоем побеге, и это была правда. Но отныне это не является правдой. Ты понимаешь, что произойдет, если ты не вернешься в Спарту?

— Ничего не произойдет! — воскликнул Парис. — В таких случаях ничего никогда не происходит. Гесиону похитили, и она осталась в Саламине. Ясон похитил Медею из Колхиды. Тезей похитил Ариадну. Греки будут возмущаться, негодовать, направлять послов. А закончится все тем, что они успокоятся, сядут у своих очагов и с довольным видом будут петь грустные песни про царицу Елену.

— Вот как? — возмутилась Гекуба. — Вот чего тебе нужно? Чтоб о тебе пели песни?

Я растерялась: слова, которые произнесли мои губы, родились как будто вне моей головы.

— Нет, я не то хотела сказать… — пробормотала я.

— Как прикажешь понимать твои слова?

— Елене ведомо то, чего не знаем мы, — пояснил Парис.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Гекуба.

— Я имею в виду дар, который она получила в храме. Она видит то, чего мы не видим. Ее служанка привезла священную змею из семейного алтаря. Давайте подыщем для нее подходящее место.

— В Трое хватает предсказателей, — сказал Приам. — Как жену Париса мы готовы принять тебя, Елена, но как предсказательницу — нет!

Итак, мои надежды оправдались: он согласен принять меня.

— Змейка просто моя спутница, бесценное напоминание о Спарте.

Приам улыбнулся. Побеждать мужчин легко. Женщины так легко не сдаются.

— Я полагаю, Парис, ты разместишься в своих прежних покоях? — спросила Гекуба.

— Только на первое время. Затем я построю прекрасный дворец для нас с Еленой.