Трофей для дроу

Что им стоит сначала вернуть жизнь, а потом отнять? Кто может им сказать «нет»? Но одного мой принц не знал.

– Айренир, – шепнула я, глядя в настороженные глаза дроу, – главный храм Нуэд не у эльфов в столице. Он в Первородном лесу, в Королевском Холме.

Принц прикрыл глаза, переваривая услышанное, затем поднялся, ничуть не смущаясь своей наготы, и молча натянул штаны. Глядя на меня сверху вниз, он задумчиво произнес:

– Интересно, а мой отец об этом знает?

Я пожала плечами. Лунные эльфы испокон веков поклонялись богине Нуэд, у лесных была своя – Рахвен Дарующая Жизнь. Но, похоже, после исчезновения своей паствы, Благословенная озаботилась новыми угодьями, и ее храмы появились в светлоэльфийских землях. Но как бы то ни было, ожившая статуя богини – главная святыня. Есть еще кое-что, спрятанное в самом центре Первородного леса за пологом из магического тумана, в самых глубинах древней резиденции исчезнувших королей."

"– Ты знаешь, что такое Камень Безумных? – спросила я.

– Да, это огромный черный кристалл в храме Рилль'Аргвана. Если долго на него смотреть, то можно сойти с ума. По легенде, любой, кто сосчитает его грани, станет подобен богам, но пока это никому не удалось. Безумие настигает смельчаков раньше, чем они доходят до второй сотни.

– В Королевском Холме есть еще один, только прозрачный, похожий на огромный бриллиант. Я думаю, Нуэд будет ждать нас именно там, а не в храме эльфийской столицы.

– Это запретная зона, – Айренир с досадой потер лицо. – Первородный лес закрыт для дроу, я не смогу войти.

– Ты – сможешь. Мы же связаны, забыл? Брачный договор, арзолитовые кольца, твоя глупая клятва. Если тебя принял лунноэльфийский артефакт, настроенный лишь на светлую магию, то и лес тоже примет. Но нам придется отправиться туда самим, понимаешь, чем это грозит?

– Некому будет проконтролировать и помочь, если что…

– И что нам делать?

Он несколько мгновений размышлял, повернувшись ко мне спиной, и я могла беспрепятственно изучать его натренированное тело. Широкие плечи, узкая талия, развитые мышцы, перекатывающиеся под гладкой кожей. Что он сделал со мной, этот невозможный мужчина? Когда успел войти в мое сердце и прописаться в нем? Почему меня так тянет к нему, почему хочется почувствовать вкус его губ и тяжесть его тела даже сейчас, когда речь идет о наших жизнях? Может, это и есть одержимость?

Он повернулся и поймал мой затуманенный взгляд. В его глазах плескалось что-то такое, от чего меня моментально кинуло в жар. Во рту пересохло, и я невольно облизала губы.

Айренир приблизился ко мне и неожиданно нежным жестом скользнул пальцем по моим губам.

– Мы отправимся в Первородный лес завтра на рассвете, – сказал он, лаская мои губы, которые сами раскрылись от его прикосновения.