Трое в долине

А нить судьбы сослужит для него хорошую службу. Так что он точно не ошибется дорогой.

– Да, но сколько его придется ждать? И когда еще мастер Миррт придет в себя?

– Он сильный. Думаю, к утру очнется.

– Ты говорил про какую-то трансформацию, – внезапно подала голос Ана. – Мне о ней ничего не известно, поэтому я переживаю за… за вожака.

– У вашей расы есть интересная особенность, – охотно взялся прояснить этот момент Вилли. – Вернее, особенностей у вас хоть отбавляй, но после проклятия появилось кое-что новенькое: когда у мужчин вашего рода появляется химера, им, скажем так, нужно какое-то время, чтобы объединить звериное и человеческое начало. Поскольку их разделение произошло по неестественным причинам, то и воссоединение происходит трудно. Обычно процесс занимает несколько месяцев. Чем чаще мрон и химера объединяются, тем быстрее и проще у них это выходит. Однако иногда… обычно в силу острой необходимости… процесс ускоряется и требует всего несколько часов для завершения. И вот на это-то время мрон как бы отключается от реальности и полностью сосредотачивается на себе. Он, можно сказать, крепко спит и видит сон… о чем – по-разному бывает. Как правило, в этом сне оборотни сражаются сами с собой, пытаясь взять под контроль звериное начало. Все остальное видится им как мираж: родные, близкие… ну разве что собственную пару они ощущают по-прежнему остро. И только ей могут откликнуться. А до всего остального им нет дела: землетрясение, пожар… даже нападение на себя любимых могут проспать, пока не станет слишком поздно.

– Почему? Это же прямая угроза жизни. Они должны реагировать!

– Они там бьются не на жизнь, а на смерть, – напомнил Вилли. – И ни один не рискнет отвлечься, опасаясь проигрыша.

– А без сражения когда-нибудь бывает? – беспокойно дернулась я.

– Я о таком не слышал, – честно признался мальчик. – Но я недостаточно хорошо изучил химер. Мы долго не могли найти точек соприкосновения, подопытного материала не хватало. После того как их прокляли, оборотни меня возненавидели еще больше, чем когда считали просто нежитью. Ну а я… какое-то время мне было не до них. И только спустя пару десятилетий, когда мне на глаза попалась умирающая химера в самом что ни на есть зверином обличье, я смог более или менее удовлетворить свой научный интерес.

– Ты ее убил? – враждебно посмотрела на него Ана.

– Зачем? Просто исследовал. А заодно поговорил. Правда, на то, чтобы получить внятный ответ, у меня ушло несколько месяцев, но со временем мрон все же перестал пытаться меня убить, сменил облик на человеческий и соизволил ответить. А там мало-помалу и до истины добрались. Это, кстати, был один из ваших вожаков. Миррт, если точнее.