Трое в долине

– Это что же… наши богини на самом деле мертвы?! – испуганно прижала ко рту ладошки ведьмачка.

– Не мертвы – просто ослабли, и все их силы уходят на то, чтобы себя сохранить. Но даже так они иногда вам откликаются, помогают, чем могут, заботятся. Точно так же, как и Саан делает все, чтобы созданный ими мир в его присутствии не погиб.

– Так он для этого разбил свою душу на части? – осенило наконец меня.

Норр тяжело вздохнул.

– Когда стало ясно, что вернуться сам он не сможет, концентрация его силы стала уже такой, что Лазоревая долина буквально пропиталась ею насквозь. Спасать ее было поздно. На ведьм надеяться тоже не приходилось, потому что большая их часть погибла, а оставшиеся еще не отошли от шока. Все местное население было уничтожено, магов, колдунов и жрецов тогда еще не создали. Если бы не горы, которые приняли на себя основной удар, вокруг долины и по сей день лежали бы мертвые земли. Границы мироздания уже трещали по всем швам, поэтому Саан принял единственно верное решение – он раздробил собственную личность… самую свою суть… на множество осколков и раскидал по миру в надежде, что в таком состоянии они не принесут большого вреда. А то, что осталось, удержали в долине ведьмы, поэтому в итоге смерть к нам все-таки пришла, но оказалась не такой разрушительной, как могла бы. Скверны, нежить и прочие трудности – это уже следствие, причем такое, с которым вы и сами способны справиться. Большего темный бог не мог для вас сделать. Но за то, что он совершил, вы в отместку прозвали его проклятым.

– А теперь, получается, он собрал себя заново? – с мрачным видом заключил Ларун.

– Он должен вернуться, – возразил ему мастер Миррт. – Равновесие нужно восстановить. Велик шанс, что после его ухода сюда в полной мере вернутся светлые сестры. Но чтобы это произошло, в царство мертвых должны уйти все частицы темного бога. Только поэтому Вестник ему помог.

– Да, – кивнул вдруг нэл Нардис. – Мы много лет собирали проклятые камни, и Вилли вытягивал из них то, что принадлежало темному богу. Это делало его сильнее, но мы не сразу поняли, что к чему. И только когда Мор начал вспоминать…

– Мор – в смысле Саан?

– Его осколок. Да. Так вот когда он начал наконец вспоминать, Вильгельм согласился и дальше ему помогать. Так, ему показалось, будет правильно, по-человечески… А он очень хотел снова стать человеком. Поэтому мы десятилетиями рыскали по всему миру в поисках тех самых осколков, которые Вилли потом годами хранил внутри себя. Только так, как выяснилось, это было безопасно.

Мастер Миррт со странным чувством посмотрел на часовню, в которой только что скрылся Саан вместе с Вестником. Теперь, когда ее не закрывали чужие души, было видно, что это и впрямь самая обычная постройка. Из камня, да.