Трое

- А это, братуха, чтоб было интереснее!- рассмеялся Мерл.- Я о таком слышал.

- Ты че- то дохрена  всего слышал, - пробурчал Дерил.

- А ты бы почаще из лесов своих вылезал, может тоже чего интересное услышал бы… А то все бабы тебя за дикаря немого считали, я прям затрахался переубеждать.

- Да больно надо, отъебись…- лениво отозвался Дерил.

- Ладно, про автостоп ты нам потом расскажешь, чувствую, там вагон всего интересного. А сейчас давай про пижамные вечеринки, - властно вернул беседу в прежнее русло Мерл.

Мишель после очередного стакана бурбона, который она нервно прикончила, пока братья переругивались, стало невыносимо жарко, и она,  все-таки не выдержав и забыв про осторожность, раскрыла покрывало и спустила его с плеч. Она была в сменной футболке с высоким воротом, поэтому ничего провокационного  в этом не видела. И тут же пожалела о сделанном, поймав сразу два жадных изучающих взгляда на своих голых руках. Девушка, в неосознанной попытке закрыться, скрестила руки на груди, сильнее поджала ноги под себя.

- Давай еще по чуть-чуть, - кивнул на пустой бокал Мерл, - смотрю,  согрелась.

- Пожалуй, хватит мне, - отказалась Мишель. Действительно, хватит. И так уже поплыла непонятно от чего: от слишком крепкого спиртного или от слишком откровенных взглядов братьев.

- Да ладно, поддержи компанию.- Мерл был настойчив, - Братух, ты допил?"

"Мужчина  разлил еще по одной, приговаривая, что все-таки есть плюсы в такой дерьмовой ситуации: когда еще они вот так вот посидят с дорогим бурбоном.

- Ну, кукла, мы ждем, - напомнил он.

Мишель задумалась. Пьяный мозг выдавал варианты:  либо наотрез отказаться от продолжения разговора, но тогда она рисковала разозлить вполне уже нетрезвых мужчин, а деваться в маленьком помещении было некуда. Они  могли просто выкинуть ее на улицу и закрыть дверь. Ночуй, где хочешь. Либо рассказать какую-нибудь милую, довольно невинную историю и надеяться, что она, как Шахрезада, сумеет усыпить и успокоить своих слушателей. Тогда  был шанс, что она переночует в относительном комфорте в этом большом кресле, других мест все равно не было, а братья далеко не джентельмены, чтоб уступить ей топчан и улечься на холодном полу. Мысли о другом возможном развитии событий  Мишель старательно от себя гнала. Все-таки инстинкт самосохранения удалось утопить в бурбоне.

- Ну… как я уже и говорила… - нерешительно начала она.

- Да поняли мы, поняли, ты – девочка-цветочек, сама ни-ни, это все подруги, - перебил опять Мерл нетерпеливо.- Давай уже дальше.

- Мерл, завали, блядь, дай ей сказать, - раздался низкий рык с топчана.

- О, видишь, братуха завелся, не томи, - Мерла было не унять.